Летние каникулы были в самом разгаре. Обеденное солнце палило так, что от жары пот шел ручьями. Мы с Саньком направлялись к нашему другу Женьке в гараж, где он со своим отцом - дядей Славой, уже во всю ремонтировал их старенький 412-й москвич. Путь лежал не близкий, аж через весь гаражный кооператив. Гаражи располагались рядами. С другой стороны, как раз по валу, проходила железная дорога, по которой регулярно двигались поезда. Мы решили идти между валом и гаражами. Так было удобнее, да и прохладный тенёк был на нашей стороне. Хотя бы так можно было укрыться от палящего солнца.
За гаражами уже была протоптана узкая тропинка. Вдоль всего вала росли кустарники и небольшие тутовые деревья. Честно говоря, здесь было щедро засрано как местными, так и проезжими, которые избавлялись от мусора прямо из своих окошек поездов, проезжавших мимо. Валялись какие-то бутылки, напоминавшие о том, что недавно местные алкаши устраивали соревнования по литрболу и фестивалили до победного.
Я аккуратно семенил мелкими шагами за Сашкой, который шагал впереди меня более уверенным шагом. В какой-то момент мимо нас опять проезжал поезд, размеренно постукивая своими колесами и издавая громкий гудок. Надо отметить, что не все гаражи стояли впритык друг к другу. Между многими гаражами бывало приличное расстояние, которое нерадивые хозяева оставляли как есть. Вот как раз его и приспосабливали многие для того, чтобы справлять свою нужду. Между тем был случай, что в гаражном кооперативе даже поселился бомж, живший в картонной коробке из-под холодильника как раз между гаражами. Однако местные мужики его прогнали, как больную псину.
Вот и сейчас мы шли, регулярно поглядывая в межгаражное пространство. Тут внезапно Санька осёкся и резко развернулся ко мне лицом, прижав указательный палец к своим губам. Дав мне знак полной тишины, он также дал понять, что теперь надо двигаться осторожнее и медленнее. Я сначала не понял его замысел и лишь молча выполнял его указания. Буквально на цыпочках медленным шагом я следовал за ним. Поезд уже удалился и я наконец услышал то, что видимо Саня уловил раньше меня. Подходя к краю гаража, мы стали невольными свидетелями следующей картины.
Тетя Галя (мама Жени) сидела на корточках и смачно сосала член молодому парню. Ей всего-то 35 лет, а ее сын младше нас на год. Она была одета в темно-синюю юбку-гармошку до колен, в белую облегающую футболку без лифчика и черные туфельки на небольшом каблуке. Парнем у которого она сосала, оказался местный 19-летний юноша с нашего двора по кличке "Гнилой".
Мамка нашего друга неохотно сосала, но Гнилой, намотав ее светлые волосы на кулак, буквально вгонял свой хер ей в рот, заставляя тем самым непроизвольно кашлять. Я подумал, что этот мудак насилует ее и хотел было уже вмешаться, как меня за руку дернул Сашка и пресек мою попытку, показав свой кулак перед моим носом. Он намекнул, что мы только смотрим и не вмешиваемся. Я неохотно с ним согласился и продолжил наблюдать за происходящим.
В какой-то момент Гнилой наигрался со ртом Женькиной мамки и, вытащив свой приличных размеров блестящий от слюней член, поднял ее за руку и прижал к стенке гаража. Затем он прислонился к ней своим торчащим хуем и через тонкую ткань платья начал тереться и тыкаться им прямо в промежность тете Гале, попутно пытаясь просунуть руку под футболку, чтобы полапать ее за сочные титьки 3-го размера.
— Может не надо, Стас?! Я все таки замужняя женщина! - пыталась возмущаться мамка нашего друга, покраснев при этом от стыда.
Волшебные капли. Часть 5