дура набитая. Ты решила, что я твоего мужа отбить хочу. А зачем мне такое делать. Я мать и желаю дочери только самого лучшего. А что делить мужика будем, так может меня сильнее любить станет, уважать. Короче, Вове можешь сказать, а можешь и не говорить, пусть сюрприз будет, но сегодня я спать с вами буду. Ну как спать. Спать-то к себе пойду, а вот подставлять Вове дырочки вместе будем.
Собрался я к жене поприставать. И едва начал стягивать с неё трусики и прочую одежду, но прежде всего трусики, она и говорит
— Вов, к нам сейчас мама придёт.
Я замер. Какая мама? Зачем мама? Для чего мама? Так и спросил. И тут же от двери услышал ответ тёщи
— Можно подумать, что у моей дочери две мамы. Я приду. Точнее уже пришла. - Оа села на край постели. На меня смотрит, а я во всей красе лежу, я же уже разделся. - Послушай меня, Вовочка, сыночек мой. Люа жалуется, что не может удовлетворять твои хотелки. Ты бы пожалел её, молоденькая ведь. А я уже жизнь прожила. Вот и предложила, если ты не будешь против, помочь дочери. Ты, Вовочка, теперь вместо одной, две дырки иметь будешь. Люба не всегда может, а я готова подставить всегда. И давать тебе буду всегда и везде, где ты захочешь. На кухне захотел, и там дам.
Говорит, сама в руку член взяла и наклонилась над ним, потом поцеловала головку. А Люба рядом сидит и глаза у неё круглые, как у совёнка, охренела она. А тёща облизала головку и говорит
— Хороший писюн тебе достался. Крупный, такие бабы любят. Давай-ка, сынок, вставь мне его. Да презерватив сними, не понесу я, не беспокойся. Не люблю я эту резину. Как что-то чужое в тебе, неживое. Писюн надо чувствовать.
И на спину завалилась, ноги задрала. Её щель раскрылась, а у меня от увиденного дух захватило. Лохматая, широкая и губы толстые, не как у Любы моей. А внутри тех губ всё такое же розовое и на вид привлекательное. И блестит от смазки. Навалился я на тёщу, не стерпел, а она рукой член поймала и в дырочку его заправила. Я и попёр со всем задором молодости. Тёща лишь ахает. А Люба к матери подползла, над ней наклонилась и спрашивает
— Мам, ты как?
Та в ответ
— Да как я? Как может быть плохо под мужиком, да ещё таким. Да ещё когда у тебя мужик в последний раз был и не припомню. Любк, ты мне титьки пососи лучше. Нравится мне, когда сосут.
А я лишь сопел и старательно, с азартом, ебал тёщу. Её писька чмакала, выделяя огромное количество жидкости, сама она то охала, то ахала. Любка по очереди сосала материны титьки. Ебать тёщину пизду было интересно даже в целях сравнения. Любина узенькая и тесная дырочка не шла ни в какое сравнение с тёщиной дырой. Но вот сам контраст захватывал.
Тёща затряслась, как паралитик, ахнула и что-то пропищала. Потом расслабилась, выдохнула
— Я всё, Вовочка. Слазь. Теперь жену давай.
Я потянулся за упаковкой с презервативом. Тёща оттолкнула мою руку.
— Да не трогай ты эту резину. Привыкайте нормально ебаться.
— Мама! - Это Люба матери. - А вдруг я забеременею?
— И что? Первая, что ли? Родишь. Вообще сперма полезна для женского организма. Так что ложись и расставляй ноги.
Тёща толкнула дочь, укладывая её на спину, сама развела ей ноги, потому что Любаша стеснялась матери, я встал между Любиных ног и тёща направила член в дырочку жены. По заднице меня похлопала.
Чужая невеста