девушки стояли по обе стороны от него: незнакомая мне блондинка оседлала его член и обхватила его большие яйца, а Аврора уткнулась в его задницу и возбуждённо лизала её. Я был в ужасе от того, что моя прекрасная возлюбленная такая испорченная, и почувствовал, как моё лицо снова краснеет от смущения. Затем Джакс поймал мою руку в воздухе, и я от неожиданности подпрыгнул и повернулся к нему.
Мои пальцы были всего в нескольких сантиметрах от его толстого, набухшего члена, и теперь, когда я его увидел, я почувствовал исходящий от него жар. Джакс снова ухмылялся мне, как хищник, но я не обращал внимания на его лицо.
"Умоляй меня, ** Киска.** Будь вежливой".
Я чувствовал себя почти в трансе, покорным и послушным, с металлическим привкусом во рту. Я заговорил скорее инстинктивно, поддавшись привычному приказу.
— П-пожалуйста... Джакс... Можно я... Прикоснусь к твоему... Э-э-э... члену? Пожалуйста?
Он самодовольно рассмеялся и отпустил мою руку. «Что за грёбаная шлюха. Иди в город, сучка». Он откинулся на спинку дивана, приняв прежнюю позу, сложив руки за головой и уставившись в телевизор, где девушки теперь целовались. Член Джакса оказалась между их губами, и они продолжали целоваться, пока он трахал их.
Моя рука, казалось, сама потянулась к его возбуждённому члену, и по моим рукам и спине пробежала дрожь, когда я коснулся его бугристого, твёрдого члена. Он был длиной в целый фут, а из-за толщины моя рука казалась крошечной, когда я обхватил его. Мой большой палец едва доставал до указательного, когда я полностью обхватил его. Это было отвратительное зрелище: мои бледные изящные руки, на которых всё ещё была ярко-красная лак-краска для ногтей, оставшаяся после Синди, обхватили его непристойный, злой, тёмный член.
Его член...
Он был горячим на ощупь, и от ощущения мягкой кожи, натянутой на твёрдые, пульсирующие вены, я чуть не потерял сознание. Мои щёки вспыхнули, а член зашевелился в тесных джинсах. По сравнению с тем, что было у Джакса, я был как ребёнок. Эта мысль вызвала у меня глубокий стыд за собственную слабость и заставила признаться себе в растущем восхищении его инструментом, которое уже граничило с благоговением. Я медленно провел рукой вверх и вниз, восхищаясь тем, как его кожа собирается в складки и натягивается, замечая его тяжёлые яички, свисающие между ног. Я наблюдал, как они слегка подпрыгивают на кожаной обивке дивана, пока я тянул его за член, наслаждаясь ощущением, что управляю его внушительными гениталиями.
— Плюнь себе на руку, сука. Смочи мой член, — проворчал Джакс, не отрываясь от телевизора. На автопилоте я поднял руку (ту, что не была обхвачена его толстым членом) перед лицом и попыталась плюнуть на ладонь, но поняла, что во рту слишком сухо, чтобы выдавить хоть каплю слюны. Внезапно запаниковав, едва не плача, я пробормотал:
— Я... я не могу... Джакс... П-пожалуйста...
Не обращая на меня внимания, даже не взглянув на меня, Джакс схватил меня за запястье одной рукой и притянул к себе, приблизив моё лицо на опасно близкое расстояние к своему вздыбленному члену. Всплеск новой паники едва не отвлёк меня, когда он плюнул прямо мне в руку. Он отпустил мою руку, и я отпрянула, едва не стряхнув с себя жидкость от отвращения, прежде чем взять его член второй рукой. Он был таким наглым, таким уверенным в своих действиях, что было проще смириться с его отвратительным поведением. Через несколько секунд я привык к тому, что его слюна стекает между моими пальцами, по моей ладони и внешней стороне руки. Она стекала по его члену, и вскоре моя другая рука
Случайные связи