доске. Вскоре я начал выстреливать сперму в воздух, и меня сразу же мучило чувство вины.
На следующее утро я заметил, что у меня не осталось чистой одежды. Я собрал вещи всего на несколько дней, и теперь мне чертовски повезло. Я попытался найти штаны, которые носил накануне, но нигде их не нашел. У меня была только пара кальсон, в которых я заснул, и, что еще хуже, у них было отверстие, чтобы не снимая их писать. Я остался в своей комнате на некоторое время, не зная, что делать. Однако через некоторое время я услышал, как моя тетя кричит из кухни: «Семен, что ты хочешь на завтрак!?»
— У меня все в порядке, тетя! — закричал я в ответ. Через несколько минут я снова услышал, как она закричала: «Завтрак почти готов!» Я закричал в ответ: «Я не могу найти свои штаны...».
Прошло пару секунд, и я уже собирался закричать снова, когда услышал, как она сказала: «Семен, дорогой, кажется, они грязные и я их постираю сегодня. Тебе лучше подойти сюда, пока завтрак не остыл, — наконец сказала она. Я обыскал комнату в поисках полотенца, но не нашел его.
— У тебя ведь есть нижнее белье, верно? Я снова услышал, как она закричала через весь дом. «Да», — ответил я. Я был рад, что мой утренний стояк члена ушел, потому что мысль о том, чтобы пойти на кухню только с моими обтягивающими белыми кальсонами, была довольно пугающей.
Я попытался добраться, до своего места за столом, прежде чем тетя обернулась, но было слишком поздно, в то время как мои руки отчаянно пытались прикрыть свое мужское достоинство. — Прости, Семен, я не знала, что это все твои штаны. Я бы вчера постирала и за ночь они бы высохли, если бы знала», — сообщила она мне. — Все в порядке, тетя, я ценю, что ты их постираешь. — ответил я. Мое смущение уже было чрезвычайно сильным, но теперь я чувствовал, как мое лицо краснеет.
Она начала взбивать яйца на сковороде, я не мог не смотреть на её задницу, пока делала это. Во всех смыслах и целях, ее сарафана, вероятно, не были предназначены для того, чтобы быть сексуальными, но ее задница была настолько пухлой и сладострастной, что она слегка растягивала ткань, и я почти мог представить ее обнаженной сквозь нее. Я не думал, что могу быть более смущенным, но когда я был только в кальсонах и наблюдал, как она готовит яичницу на сале, мой член проснулся быстрее, я только надеялся, что мне не придется вставать в ближайшее время. «Семен, можешь принести мне короб с солью, который за тобой в том шкафу стоит, я собираюсь посолить яичницу», — сказала она. «Сейчас, достану», — ответил я, надеясь, что она не попросит меня что-то еще сделать. «Ну, доставай, Семен, пожалуйста», — сказала она. Я быстро встал и начал заглядывать в шкаф. К своему ужасу, я не смог найти короб с солью. «Семен, ты знаешь, что у тебя так торчит в кальсонах?» — спросила она дразнящим. — Да, — сказал я еще более смущенно, чем когда-либо...
Наконец, я нашел короб с солью и быстро поворачивался, чтобы она больше не могла видеть выпуклость на кальсонах. Я думал о том, чтобы бросить ей короб с солью, но решил не делать этого. Я шел быстро, стараясь прикрыть промежность коробом для соли, стараясь не быть слишком заметным. Когда я приблизился к ней, я протянул ей руку. «Как насчет того, чтобы помочь мне с завтраком»,
Нимфоманка и нимфомэн