— Не прощу, потому что я не поп, чтобы отпускать грехи. Такой ответ тебя устроит?
— Нет! Если хочешь знать, я хочу, чтобы ты ревновал, злился, убить хотел...любил чтобы! – показалось, что спазм рыданий сдавил ей горло.
— Я люблю тебя, - спокойно произнес эти слова, не вкладывая в них главного священного смысла, - И ты понимаешь какая это любовь...
Вместо слов Оля прижалась ко мне и нежно поцеловала. Так мы лежали еще некоторое время, пока грудь Оли не перестала вздрагивать от подступавших рыданий. Слёз не было. Оля справлялась с эмоциями. Мы оба понимали всю противоречивость сложившейся ситуации, когда физиология толкала нас друг к другу, а разум разводил по углам. Мой возраст помогал рассуждать здраво, чем облегчал душевные страдания. А Оля, молодая еще женщина, переживала глубже и трагичнее, хотя старалась не показывать это.
— Вернемся в зал или не хочешь? – спросил, поглаживая спину возлюбленной.
— Пойдем. Там еще, наверное, веселье продолжается. Только я переоденусь. Надоело это платье.
Оля выбрала короткое черное платье с изящной бисерной оторочкой по краю выреза лодочкой, оставлявшего на виду красивые плечи. Наблюдал за тем, как она одевается. Это одно из любимых моих занятий. Женщина, зная, что за нею наблюдают в этот момент, делает это особенно изящно и эротично. Раздевая женщину, мы торопимся скорее удовлетворить свою похоть и поэтому не следим за движениями рук и тела. А наблюдать за процессом одевания... Это сладко!
Из душа Оля вышла голой, достала из шкафа платье и бросила его на кровать. Я специально не пошел в душ, а сел в кресло с бокалом виски.
— Ты так и будешь на меня смотреть?
— Позволь насладиться. Я люблю смотреть, как женщина одевается после секса.
— Извращенец какой-то... - Оля смеялась.
— Такой как есть... Продолжай, я полюбуюсь тобой.
Женщина пожала плечами и молча начала расправлять скомканные чулки. Сев на край кровати напротив меня, она подняла ножку, продемонстрировав блестящую щель и все дырочки, и стала натягивать чулок. С упоением наблюдал, как тонкие пальчики скользят по капрону от стопы к колену и дальше по бедру к самой промежности, как виртуозно застегивают клипсу. Потом другая ножка и все тот же ритуал, пояс и подтяжки. Встала, еще раз подтянула чулки, повернулась задом, что-то искала на кровати. Снова села, посмотрела по сторонам, потянулась за бюстгальтером и трусиками, лежавшими на дальнем углу кровати. Откинулась назад, вытянулась, но не достала. Махнула рукой и посмотрела на меня, ища одобрения поступку – выйти в зал без нижнего белья. Я кивнул и пригубил напиток. Платье легко опустилось на плечи возлюбленной, привычно обтянув все округлости и впадинки изящного тела.
— Иди уже в душ... я пока займусь макияжем.
В зале гремела музыка. Солист исполнял что-то из Джо Кокера, весьма прилично подражая его манере и тембру. Танцпол рябил силуэтами, ритмично извивавшимися в такт музыке. Наших соседей по столику мы не увидели, зато сразу обратили внимание на моего коллегу Андрея, кружившего в танце славкину Наталью.
Про Наталью ходили разные слухи, но я видел ее всего однажды на каком-то корпоративе и не морочил себе голову сплетнями. А сейчас невольно заинтересовался такой сменой партнеров в той паре. Не буду скрывать, что в голову закралась мыслишка, что в их «коллективе» любят свинг, но не как джазовый стиль.
Раньше замечал, как Слава и Андрей договаривались о совместных поездках на дачу или пикники в выходные. А про Наталью слышал, что она солистка в одном из профессиональных музыкальных коллективов, много гастролирующих по стране и за рубежом. И слышал, что Слава спокойно относится к факту
Наедине