глотку, яйца стучат по подбородку. Мать давится, слёзы текут, но руки в ход не пускает. У рыжего член средненький, поэтому она позволила трахать себя в горло целую минуту. Потом рыжего прогоняет пухлый и суёт свой член в разработанное горло. Он также легко проникает в мамину глотку по самые помидоры. Трахает с минуту, пока мама не стучит ладонь ему по жопе, и уступает место Лёхе. И так, один за другим, они минут пятнадцать трахают маму в рот, не обращая внимание на её кряхтения, слюни и слёзы.
Парни шлёпают друг другу по ладоням, когда передают эстафету, постоянно комментируя что то типа: «Рабочий рот», «Королева заглота».
В конечном итоге им надоело. Я взглянул на маму. Она с головы до ног была мокрая от своей слюны. Слюна гирляндой свисала с её сосков и лобковых волос. Её губы опухли, лицо раскраснелось, волосы растрепались. Видок тот ещё. Лёха под руку поднял её на ноги.
— Отличная работа, Светлана Юрьевна, спасибо вам за любезно предоставленный ротик. Я же говорил, парни, что она нам отплатит двойной монетой. Это было только начало.
— Только начало? — хрипло произнесла мама.
— Теперь будем вас трахать как положено, — подмигнул ей Лёха. — И по жёсткому.
Он резко развернул её задом к себе, загнул раком и вставил член в пизду. Мама обхватила руками столб, содрогаясь от резвых толчков сзади. Лёха жёстко драл её сзади, при этом шлёпая по заднице, причём шлёпал довольно сильно, оставляя красные отметины на коже.
— Следующий! — крикнул он, вынимая член. И напоследок отвесил еще один шлепок по заднице.
Подошёл рыжий и вставил. Но трахал как-то вяло.
— Еби её жестко, рыжий, мать твою! Не умеешь, что ли трахать баб? Дери суку, что есть мочи, она это любит!
Уязвленный рыжий, стал гораздо быстрее работать тазом, вгоняя свой член в мамину пизду, которая смачно хлюпала, что даже мне было слышно.
— И по жопе её шлёпай, не тушуйся!
Рыжий внял советам лидера, звонко отшлёпав маму по заднице. Она ни разу не воспротивилась. Продолжала обнимать столб и стонать, пока её драли. Парни по очереди занимали место у станка и ебли мою маму быстро и беспощадно. Вся её жопа была уже красной, как помидор.
— Тащи её на диван, — приказал Лёха пухлому, который в тот момент были внутри мамы.
Пухлый разогнул маму и оттащил за руку к дивану. Лёха толкнул маму на диван, раздвинул ноги и накинулся сверху. Теперь её стали трахать в такой позе.
Лёха, на правах лидера, подбадривал своих друзей:
— Давай, еби её! Жёстче! Трахай её дырку, рви манду!
Парни, беря пример со своего лидера, тоже стали вести себя грубее и увереннее. Они вертели маму, как хотели. Трахали и шлёпали по ляжкам и сиськам. Я ждал, когда она сдастся, возобладает гордость и рационализм над похотью. Но этого не произошло. Она позволяла делать с собой всё, что угодно.
— Я кончаю, — завопил рыжий.
— В неё спускай, — сказал Лёха. — Она пьёт таблетки.
Рыжий так и сделал. Спустил прямо в маму. Надеюсь, она действительно пьёт таблетки, не хотелось бы четвёртого, тем более рыжего братика. Место рыжего занял пухлый и по свежей сперме товарища продолжил трахать мою маму. И он тоже спустил в неё, спустя пару минут. Третьим был тощий, тот напрудил так много, что у мамы из пизды потекли ручьи вязкой белой субстанции. Лёха завершал этот этюд, пронзил мамино натруженное, обильно сдобренное спермой влагалище и начал трахать, под хлюпающие звуки. Ему долго не удавалось кончить. Он пыхтел на маме, покусывая её соски и шлёпая по
Познание рабы (интернет версия). Глава 2. День одиннадцатый - последний