чтобы шлёпнуть его по заднице. — Так что сиди тихо и веди себя хорошо, и я вернусь раньше, чем ты успеешь сказать «анальное насилие» на линию экстренной помощи.
Ракель закончила одеваться и, прежде чем уйти, поцеловала его щеку. Он почувствовал её тёплое дыхание на своём лице, а затем она вышла из комнаты, из квартиры, и он остался один. Парень медленно повернул голову к тому самому шкафу… но ноги не слушались.
Куда-то собрались
Последний заряд Ракель всё ещё бурлил в его раздутых кишках, когда он подошёл к шкафу, содержимое которого мельком видел перед своим первым трахом в задницу накануне вечером. Он вспоминал момент, когда девушка впервые засунула его внутрь, а затем прокрутил в голове её… «шаги» до того момента, пока она не посмотрела ему в глаза с выражением: «Ты ведь знаешь, что я сейчас делаю, да?» — после чего он почувствовал, как она выгружает свой прощальный подарок. Он не мог решить, что унизительнее: быть прижатым к кровати лицом вниз, пока она спускала в него с заднего хода, когда ей вздумается, или смотреть на неё сверху, когда она наблюдала за его лицом, пока он кончал, или когда она закусывала губу и самодовольно улыбалась, когда разгружала свой «балласт» в его готовое для неё вместилище. В конце концов он решил, что это не имеет значения: всё это одинаково унижало гордость, и, когда был трезв, парень ни к чему из этого не стремился, хотя знал, что Ракель, вероятно, фантазировала об этом, прямо пока он… обдумывал такие мысли.
В этот самый момент подарок Ракель начал стекать по его собственной мошонке, — неловкое напоминание о том, что её сперма так же наполнена семенем, как и его собственное, и что она только что пыталась оплодотворить его задницу. Он позволил её конче стечь по его бедру, а любопытство в тот момент взяло верх, и он осторожно потянул ручку дверцы шкафа, боясь разбудить демонов секса, которые таились внутри. Он знал, что это глупости: единственный секс-демон в квартире несколько минут назад накачал его задницу жижей и удалился.
Всё было так, как он и помнил: портал в другое измерение. Его взгляд задержался на плакате с изображением порнозвезды-транса, и он понял, почему так легко догадался о её особенности. Раньше он не заметил выпуклость, отвлёкшись на трясущуюся попку Ракель, пока та искала смазку, но теперь, когда он смотрел прямо на неё, натяжение в промежности девушки казалось какой-то жестокой шуткой, насмешкой. Он слышал, что у азиатских девушек… то есть парней маленькие, но эта женщина либо разрушила стереотип, либо контрабандой провезла в нижнем белье пару средних бутылок шампуня. Он заметил подпись, а под ней — её имя, напечатанное типографским способом. «Мей Хан», — гласила подпись, и он закатил глаза. «Хан». Конечно. [Hung означает «с большим членом».]
Она определённо была красивой. Парень представил её на месте Ракель несколько минут назад, стоящей перед ним, пока он лежит на спине, раздвинув ноги… но это было как-то неправильно. Она была великолепна, это правда, но он уже привык к садистской улыбке Ракель, а эта девушка казалась более невинной; что было непросто, учитывая, что в «мясном отделе» внизу она превосходила даже Ракель, если судить по её «агрегату».
Он оторвал взгляд от плаката и огляделся. Здесь были и игрушки, и «качельки», которые парень тогда заметил, и столько презервативов, что хватило бы одеть каждый банан на острове, и столько смазки, что в ней можно было утопить взрослого мужчину. Он также заметил довольно обширную коллекцию DVD, и, перебирая коробки, с удивлением обнаружил,
Крылья