— Итак, мам, ты действительно собираешься это сделать?! - Сердито спросила Джесс.
— Джесс, что ты здесь делаешь? - Нервно спросила Оливия, глядя на Уэйда и других посетителей ресторана вокруг нее.
— Это тот мужчина, с которым ты изменяешь папе?
Как только Джесс сказала это, гости за соседними столиками достали свои телефоны, чтобы записать происходящее.
— Это мой друг, мистер Эрикссон. Мы с ним наслаждаемся вечерним времяпрепровождением.
— Мам, ты собираешься заняться с ним прелюбодейным сексом сегодня вечером?
В ресторане раздался общий вздох.
— Джесс, это личное дело твоего отца и мое. Я не думаю, что уместно обсуждать это с тобой, особенно на публике.
Кто-то за соседним столиком выкрикнул "шлюха!".
— Мама, пожалуйста, не предавай моего папу и нашу семью! Мы все любим тебя и нуждаемся в тебе!
— Джесс, это сложно. Твой отец знает, чем я занимаюсь. Так вот почему ты не отвечаешь на мои звонки?
— Правильно, мам! Я не хочу, чтобы моей матерью была шлюха.
... Еще одна серия удивленных возгласов со стороны гостей.
Парень, сидевший за соседним столиком, крикнул Джесс: - Давай, девочка!
— Я не знаю, что за ложь наговорил тебе твой отец, но я делаю это ради укрепления нашего брака.
— Чушь собачья! - крикнул другой парень. Другие гости рассмеялись.
Оливия чувствовала, как взгляды посетителей прожигают ее насквозь.
Официантке с двумя тарелками еды пришлось протискиваться мимо Джесс: - Извините, дорогая. Можно мне пройти?
— О, извините, мэм, я скоро уйду. Компания здесь определенно неприятная, - почтительно ответила Джесс.
— Не волнуйтесь, дорогая. Не торопитесь. Похоже, ваша мама получила по заслугам, - сказала официантка с теплой улыбкой.
Уэйд Эрикссон пытался скрыться.
— У вас забронирован номер в отеле через дорогу, не так ли? Там ты и собираешься с ним трахнуться, не так ли?
Пожилая пара встала и ушла. Их блюда были съедены наполовину.
— Джессика, мы можем поговорить об этом на следующей неделе. Я вижу, ты расстроена. А сейчас, наверное, будет лучше, если ты уйдешь.
При этих словах, Джесс подала знак приставу, ожидавшему за стойкой регистрации. Он подошел к столу и спросил чересчур театральным и громким голосом: - Вы миссис Оливия Марксон?
— Да. - робко ответила Оливия.
Он вручил ей конверт и сказал: - Оливия Марксон, вас обслужили.
Раздались одобрительные возгласы гостей ресторана. У пристава была видеозапись с камеры наблюдения, на которой он исполнял свои обязанности. Он отправил видеозапись Дэвиду и его адвокату, как только вышел из ресторана.
Казалось, все взгляды в ресторане были прикованы к Оливии и ее любовнику. Гости продолжали записывать происходящее. Оливии хотелось вырыть яму и заползти в нее.
— Мама, в дополнение к документам о разводе в конверте важное письмо от папы. Тебе нужно прочитать это как можно скорее.
— Джесс, это не то, чем кажется. Браки могут быть сложными вещами. Разве мы не можем поговорить об этом?
— Нет, мам. Мы закончили. - Джесс повернулась и направилась к выходу.
Оливия попыталась встать из-за стола, чтобы догнать свою дочь. Каблук одной из ее туфель зацепился за ковер, и она упала. Ее сиськи выпрыгнули наружу.
К столику подошел представительного вида джентльмен и, глядя на нее сверху вниз с явным презрением, сказал: - Мадам, я управляющий рестораном и могу заверить вас, что не допущу непристойного поведения или проституции в этом заведении!
Оливия с трудом поднялась на ноги, пытаясь втиснуть свои сиськи обратно в маленькое черное платье. - Я не проститутка! - Возмущенно воскликнула она.
Гостья, сидевшая неподалеку, сказала, набивая рот ньокки: - Ну, ты одета соответственно, и твои отвисшие сиськи торчат наружу.
— ОНИ НЕ ОТВИСШИЕ! – заплакала Оливия.
— Мадам, я вынужден попросить вас говорить потише и
Ночь, когда я стал другим