в своей белой рубашке, с закатанными рукавами, что-то записывал в блокнот, не замечая её. И этого хватило.
Она не успела осознать, что делает. Дверь Tesla распахнулась, и Кристина выскочила наружу, как кошка, почуявшая добычу. Каблуки застучали по бетону, платье с разрезом задралось выше колена, обнажая загорелую кожу, а аромат духов — тот самый, из флакона номер один — закружился вокруг неё, как невидимый капкан. Денис поднял глаза, удивлённо моргнув, но она не дала ему ни секунды. Схватив его за ворот рубашки, она рванула его к себе, впечатывая в холодную дверь лифта.
— Кристина Евгеньевна?.. — начал он, но она оборвала его, прижимаясь губами к его шее.
— Молчи, — выдохнула она, её голос дрожал от нетерпения. — Прямо здесь. Сейчас.
Кристина не дала Денису опомниться. Схватив его за ворот рубашки, она потащила его к зеркальному лифту, который только что открылся с тихим звоном. Они ввалились внутрь, едва не споткнувшись о порог, и она тут же ударила кулачком по кнопке последнего этажа, даже не думая, куда их занесёт. Двери сомкнулись с мягким шипением, отрезав их от подземного гаража, и в тесном пространстве лифта её аромат — корица, яблоко и что-то хищное — закружился, смешиваясь с запахом его одеколона и разгорячённой кожи.
Крис рванула его рубашку с такой силой, что пуговицы застучали по зеркальным стенкам, оставляя мелкие царапины на идеальной поверхности. Её платье с разрезом задралось до бёдер, обнажая кружевные трусики, которые Денис сорвал одним резким движением, бросив их в угол кабины. Она толкнула его к стене, прижимаясь всем телом, и её ногти впились в его плечи, оставляя красные следы на загорелой коже. Он схватил её за талию, подтягивая ближе, и лифт слегка качнулся, когда она обхватила его бёдрами, вжимаясь в него с жадностью, которой сама от себя не ожидала.
— Ты... чёрт... — выдохнул Денис, но она оборвала его, впившись в его губы глубоким, почти болезненным поцелуем. Её язык скользнул внутрь, а руки уже расстёгивали его ремень, торопливо освобождая его от тесных брюк. Он ответил тем же, задирая её платье выше, пока тонкая ткань не скомкалась у неё на талии, обнажая упругую попку и плоский живот. Лифт гудел, поднимаясь всё выше, а Кристина начала двигаться, прижимаясь к нему всё сильнее, пока наконец не почувствовала его внутри себя — горячего, твёрдого, заполняющего её целиком.
Её стоны эхом отражались от зеркальных стен — сначала тихие, сдавленные, как будто она пыталась себя сдержать: "М-м... ах..." Но чем быстрее он двигался, вцепившись в её бёдра, тем громче становились звуки — хриплые, протяжные, полные животной страсти: "А-а-ах! Да... вот так!" Она выгибалась, запрокидывая голову, и её длинные чёрные волосы хлестали по спине.. Денис рычал в ответ, его дыхание сбивалось, а пальцы оставляли лёгкие синяки на её коже: "Ты... такая... громкая..."
Кристина стонала всё сильнее, её голос дрожал и срывался на высокие ноты: "О-о-ох! Быстрее... ещё!" Каждый толчок отзывался в ней волной жара, и она цеплялась за его шею, кусая его за плечо, чтобы заглушить очередной крик, который вырвался из горла: "А-а-а-а!" Лифт дребезжал, словно протестуя против их ритма, а зеркала запотели от их дыхания, размывая отражения двух тел. Она чувствовала, как напряжение внутри неё растёт, как киска пульсирует, сжимая его, и наконец оргазм накрыл её с такой силой, что она закричала — громко, протяжно, почти рыдая: "Да-а-а-а! О-о-о-о!" — пока её тело не задрожало в его руках.
Денис кончил почти сразу после неё, издав низкий, хриплый стон: "У-у-ух... чёрт!", — и они оба рухнули к
Рустам