как и всегда, член торчал от возбуждения. Вдруг скрипнула калитка, и я услышал, как в дом вошла Вика. Забрякало ведро и она, сказав что-то бабушке, вошла снова в дом. Я приоткрыл глаз и стал наблюдать. Простынь лежала рядом, а мой возбуждённый член лежал на животе, упираясь в пупок. Вика при отдёрнула штору на двери и заглянула на террасу, где я всегда спал летом. В такой позе с открытым ртом она и замерла разглядывая меня. Я не стал испытывать её терпение и открыв глаз как будь то не зная сам ещё ничего, спросил.
— Сколько время?
Вика молчала.
— Я сейчас соберусь и поеду – ответил я и стал потягиваться.
— Не нужно о о ехать – заикаясь сказала Вика.
Я опустил взгляд на свою промежность и сделав удивительный взгляд, с радостью произнёс.
— Вот видишь, а я что тебе говорил, а ты не верила!
— Теперь вижу – сказала Вика и подошла ко мне.
Она много задавала мне разных вопросов, ответов на которые у меня не было. Потом позвала её бабушка, и она ушла. Я встал и умывшись стал делать все свои дела. Вика не могла долго сидеть дома и вскоре прибежала ко мне. Чтоб окончательно убедиться в том что со мной происходит, она предложила мне повторить всё ещё раз. Теперь ею двигал только интерес и необъяснимый факт, который имел место существовать. Мы не стали долго откладывать всё на потом, а сразу перетянув член и яйца, Вика сама захотела отрезать мне всё и я вытащил из дома нож и стал точить его. Вскоре он стал очень острым и я подал его Вике. Мы подошли к столу, на котором я всегда резал овощи для корма животным. Я положил член и яйца на стол и сказал.
— Ну что, давай режь.
— А что я то – сказала Вика.
Я уже много думал об этом и не зная ответ заметил что член всегда восстанавливался, когда его терял я не своими руками. Вернее не прикладывая к этому своих рук, как бы это происходило от кого то. И в первых двух случаях это была моя собака. Ещё мне об этом подсказывал внутренний голос, что я сам не должен был бы этого делать и я как мог, объяснил это Вике. Она, выслушав согласилась и взяла у меня нож. Наставив его в месте отреза моего члена, закрыла глаза и стала водить им туда-сюда, постоянно надавливая, и после нескольких таких движений мой член и яйца вместе с ним отделились и остались лежать на столе. Я же отошёл в сторону и стал смотреть на рану, из которой капнуло на траву несколько капель крови, и она тут же свернулась. Вика ещё долго разглядывала валяющийся на столе мой половой орган, и вертела его всяко разно, разглядывая каждый сантиметр. Я же не стал на это смотреть и сказал Вике.
— Как насмотришься, то брось Дружку, пусть пообедает. А то вдруг кому на глаза попадёт.
— Хорошо – сказала Вика. Я лёг на свою кровать на террасе и приоткрыв окно, стал следить за Викой. Она вертела мой отрезанный член и оголяла то головку, то выдавливала яички из мошонки и потом вкладывала их обратно. Потом вдруг Вика толи случайно, толи специально уронила отрезанный член и яйца на пол и высвободив ногу из кроссовок, наступила на него. Потом проделала это уже ногой в обуви и размахнувшись ногой, пнула по валяющемуся члену и он отлетел прямо к собачьей будке. Затем она так небрежно подхватила двумя пальчиками вывалившееся яичко
С клизмой по жизни