С пробкой было по-другому. Раньше я не осмеливался полностью потянуть за неё, довольствуясь тем, что двигала её внутри себя. Чтобы вытащить её, пришлось приложить больше усилий, и предсказуемый шок от того, что мой анус раскрылся, заставил меня опуститься на колени на кафельный пол и издать такой неконтролируемый вздох, что я был уверена, что Нэт его услышала. Но я не мог остановиться, и когда моя сморщенная дырочка растянулась вокруг расширенного края, я наконец почувствовал, как отчаянная, мучительная боль утихла. Поэтому, когда я почувствовал, что вот-вот полностью извлеку пробку, я развернулся и снова вставил её, пока моё отверстие не сжалось вокруг сужающегося основания. Я повторял это снова, и снова, и снова, пока не начала плавно и медленно вводить в себя пробку, рухнув на пол, подняв задницу и толкаясь в свою руку. С моих губ срывались стоны, несмотря на все мои благие намерения, пока я трахал себя пробкой.
Мне было всё равно, насколько я был жалким и беспомощным, слышала ли меня Натали или даже если она вошла. Мне просто нужно было выпустить пар, накопившийся из-за давления, которое оказывал на меня Джакс в течение дня. Из-за многочисленных подарков, которые он мне купил, из-за того, что он приказывал мне быть его куклой и легко подчинял себе мою слабую натуру и сильную натуру Натали. Как он кряхтел и рычал, трахая Натали, как безжалостно он проникал во все её отверстия.
Я зажмурил глаза, представляя, как его внушительная фигура нависает надо мной сзади, как его вес вдавливает меня в холодную плитку, и внезапно меня сотряс оргазм, из моего вялого клитора потекла тонкая струйка жидкости на пол подо мной. Это было не похоже на мои предыдущие оргазмы — вспышка удовольствия, которая проходила так же быстро, как и возникала. Это длилось в два раза дольше, чем обычно, может быть, в три раза, каскад нарастающих ощущений, которые пульсировали в моей груди и сильнее вдавливали меня в пол. Когда всё закончилось, я был измотан и даже не оторвал лицо от липкой плитки.
После этого мне пришлось снова запрыгнуть в душ, и, к счастью, Натали дремала, когда я вышел из душа, одетая в единственные оставшиеся у меня мешковатые спортивные штаны ярко-розового цвета, которые совершенно не соответствовали её привычному стилю. Я взял другую пару, светло-фиолетового цвета, и присоединился к ней на кровати, чувствуя странную лёгкость, как будто парил в собственном теле.
Я приглядывал за ней, пока она отдыхала, а когда она проснулась, было уже почти время ужина, и мы заказали еду на дом. Натали отказалась говорить о случившемся, но была необычайно навязчивой и ласковой. Остаток дня мы оба провели в каком-то оцепенении, явно думая о чём-то другом. В ту ночь мы впервые спали в одной постели, прижавшись друг к другу, как сёстры по духу, если не по опыту. Я уверен, что тёмная зловещая тень Джакса преследовала Нэт в её снах, как и меня в моих.
Звезда запретного кино