Но дерзкая, несгибаемая плоть уже проталкивается в меня, легко скользя в мокрой, хорошо раздраконенной вагине. Ещё движение и новый любовник будет во мне. Аристарх замирает перед тем, как засадить его до основания.
— Не готова? Мне, почему то, так не кажется.
— Вы обещали не брать силой.: сил и желания противится всё меньше. Это так приятно, я чувствую и жду, что меня вот-вот заполнят. Но почему-то продолжаю играть в «верняшку»
Крупный, сильный член уже не проникает, он всей своей длинной скользит вдоль малых губок, утопая в моих выделениях и стимулируя мою «яростную бусинку», заставляет мышцы пресса сжиматься, а меня саму всё громче сопеть и постанывать.
— Мышь? … Да ты мокрая как мышь – это да. … Хочешь?
Я отворачиваюсь и зажмуриваю глаза, но властная рука берёт меня за щёчки и поворачивает к себе.:
— Не время прятаться. Я задал тебе вопрос.
— Хочу.: чуть слышно отвечаю я, всё ещё не открывая глаз.
Мужчина хватает меня правой рукой за ягодицу и вновь притапливая головку изготавливается для проникновения.
— Разрешаешь мне?
Я замираю, испуганно моргая глазками и одобрительно киваю.
Ох, блядь, как же это сладко, после долгой игры и томного ожидания получить бесцеремонный, жёсткий, динамичный секс.
Сразу после моего разрешения меня отодрали так, что в финале я просто рыдала от избытка чувств. Я кончила подряд раза три, может четыре, трижды сменила позу, получила властной рукой по щекам и по заднице, но в попочку так и не дала (хотя на неё пару раз покушались).
Такая не вероятная экспрессия от пожилого папика меня полностью огорошила. Мне, конечно, мало с чем было сравнить, но так ярко и сильно было впервые в моей жизни. Блядь и с кем?! Просто невозможно, в таком возрасте, быть таким сильным, не «подгоняя» себя чем-то.
Меня снова брали без «резинки», видимо никто и не собирался заботиться о том, чтобы я не залетела и благо, что я всё ещё находилась в теоретически безопасных днях цикла. Но если этому мужчине суждено стать моим постоянным любовником, с порочной практикой наполнения моего нутра спермой нужно было что-то решать.
Закончилось всё, как ни странно, в позе наездницы. Удивительно, но в финале «горец» пустил меня наверх, позволяя гарцевать на его члене как Жанне мать его Д’Арк.
Схваченная сильной ладонью за грудь, с пальцем в моей попочке и отшлёпанными краснющими ягодицами, я корчилась во власти своего четвёртого «обнуляющего» оргазма, насаженная на члене любовника до основания и наполненная его семенем. Моё сознание отказывалось верить в происходящее.
Слившись в меня полностью, Аристарх легко снял с себя моё обессиленное тело, уложил рядом, как и в чём не бывало взял свой бокал и гладя на меня сказал:
— Ты подходишь. Нужно будет поработать над выносливостью и начать уже давать в попу. В остальном – супер! … Особенно сиськи и твой минет – это нечто.
Одобрительно кивая и довольно улыбаясь, Аристарх отпил из своего бокала и вышел вон.
«… Вот, Маруша, тебя и взяли на «работу» … Твои сиськи и минет – нечто …»
Мне от чего-то стало вдруг так обидно, что я была готова расплакаться. На «ватных» ногах я вернулась в зал, где Лилит на кого-то злобно шипела в трубку телефона:
— Делай, Дрянь! Или я подарю тебя местным "берберам" и хуй тебе больше а не Москва!
Заметив меня, Лиля сразу поменялась в лице, приглашая меня к столу.
— Теперь, Милая, можно и чаю. … Иди, я заварила с Мелиссой.
— Где мой телефон?: спросила я, не скрывая своего состояния.
Ольга 3-я часть. Вечер понедельника. и Ольга 4-ая часть. День третий. Я приз ? для Петра. Новый неожиданный оборот.