чтобы спустить штаны и боксеры до щиколоток. Сначала было немного неловко, но как только она обхватила меня обеими ногами, я приставил свой толстый хуй к мокрому входу в её пизду и надавил.
Она смотрела на меня с расстояния около метра, глаза светились янтарным светом с дополнительной молнией, промелькнувшей в ее радужной оболочке в момент проникновения.
В этот момент я увидел в ее глазах настоящую любовь, или, по крайней мере, то, что я считал настоящей любовью. А затем она притянула мою голову к себе, чтобы мы могли продолжить целоваться, в то время как я стремительно погружал в нее всё что у меня было — до последнего дюйма, до самого корня.
— Омойбог... Мэтти... — наконец произнесла она, ее голос звучал как хныканье от тоски и нужды. Ее руки скользнули вверх по спине, поглаживая мой позвоночник, а затем сжали мои плечи сзади, когда я начал повторять знакомый ритм.
Вошел.
Вышел.
Глубоко.
И опять.
Я целовал ее шею и стонал ей в плечо. Она крепко прижалась ко мне, впиваясь пальцами в мою кожу, словно боясь, что я испарюсь, если она не будет держаться достаточно крепко. Я опустил руки к ее сочным щекам, впился в них с такой же силой и прижал ее тело к своему, начав яростно ебать её.
— Мэтти... — снова застонала она, и мне показалось, что она плачет.
Я перестал трахать и повернул голову, чтобы увидеть, что да, по ее лицу текут слезы. Я прижался тазом к ее клитору, заставив ее задыхаться. И так и остался, слегка покачиваясь на этой единственной точке соприкосновения, а я вытянул шею, чтобы поцеловать ее слезы.
Слова пришли сами собой, из глубины моей души.
— Я люблю тебя, Сэм.
Ее глаза вспыхнули, когда она посмотрела прямо в мои. Внезапно она снова стала выглядеть испуганной, но я не стал требовать ответа.
Я любил ее.
Любил.
Я не хотел ее терять. Я не мог ее потерять. Но это был не просто страх потери.
Я ЛЮБИЛ ее.
И независимо от того, любила она меня в ответ или нет, этого было достаточно. Я снова поцеловал ее, и она хныкнула мне в губы, а затем выдернула одну руку из-под моей рубашки, обхватила ею мой затылок и снова поцеловала меня так, словно наступил конец света.
В конце концов, нам пришлось прерваться. Она ворковала мне в ухо, а теперь обхватила меня обеими руками за шею. Прижав меня к себе, Сэм первой возобновила наши трахательные движения, используя упругость диванной подушки, чтобы отвести свою киску на несколько сантиметров назад, а затем приподняться, чтобы заглотить ею мой член на ту же длину, а потом еще и еще.
Я пыхтел в пустое пространство слева от ее головы на краю дивана, моя грудь сжимала ее сиськи между нами. Я обнаружил, что где-то в середине поцелуев начал держать ее за плечи, и теперь использовал их как рычаг, чтобы втягивать в неё свой член почти до конца, а затем снова сжимать наши тела длинными мощными толчками. Ее голова дергалась при каждом толчке, заставляя подбородок задираться вверх. Она задыхалась от каждого невероятного ощущения, стонала от удовольствия, а я продолжал долбить ее киску.
— Мэтти... Мэтти... Мэтти... — стонала она, не переставая, и мое имя превратилось в восклицание радости. А когда я изменил ритм, сделав паузу и по-настоящему надавливая тазом на ее клитор в конце каждого длинного удара, она прижалась к моему телу всеми четырьмя конечностями и закричала о своей первой разрядке.
За ним последовали еще многие.
Когда Сэм оправилась от оргазма, она, казалось, была воодушевлена приливом нового адреналина. Снова обхватив меня всеми четырьмя
КБС. Клуб Больших Сисек (Глава 19)