и ходи, только наверняка там червячки заведутся. Марина от нахлынувшей волны осела на пол и посмотрела на мою огромную мошонку, из которой физраствор перетек в член, и он тоже разбух. Мне показалось, она что-то задумала...
Марина была удивлена и шокирована тем, что узнала и ей всё понравилось, и её стало трясти от возбуждения. Она не знала, что ответить и, окинув ровный шов в области половых губ и заднего прохода, сказала.
— Если у вас есть ещё какие-то экстремальные мысли и желания, то я буду просто рада, если вы их осуществите.
Марина прошла и внутри неё всё булькало. Я и Аня сидели и думали, и не могли ничего решить. Так прошло два дня и вот нам наконец-то пришла в голову сумасшедшая идея - вытрясти из Марины то дерьмо, словно гнилые овощи из сумки. Мой член по-прежнему был огромный и отвисал в связи с растянутой кожей чуть ли не до колен. Я периодически им играл и тут, проходя мимо, сказал:
— Хочешь этим чудом поиграть? Он так классно свисает и тебе, думаю, понравится.
Сказанные мною слова сильно вдохновили Аню, особенно то, что я нам Марина разрешила делать всё-всё-всё...
Аня решила опять накачать мои гениталии. Только на этот раз воздухом. То же самое она решила сделать с Мариной. Только сначала надо было вытрясти из неё коровьи какашки. Взяв веревку, мы поехали в лес и привязали Марину в подвешенном состоянии. Аня уже почти начала распарывать швы, как мне вдруг пришла в голову идея. Я сходил за компрессором и кое-как воткнул Марине в киску толстую иголку со шлангом. Открыв воздух, мы начали надувать её. Низ живот надувался всё больше и больше, и Марина походила на беременную, но швы не расходились. В один момент, она застонала и, видимо, из-за сокращения мышц швы резко разорвались, и на землю полетело всё коровье говно, смешанное с мочой, которое было внутри. Мы заметили, что там уже появились маленькие червячки, но не стали сообщать об этом Марине. Аня взяла трубочку и, попросив меня раздвинуть киску, начала её куда-то вставлять. Я спросил, зачем это она делает.
Она сказала:
— Эта трубочка позволит воздуху пройти внутрь матки.
Я удивился и сказал:
— Может, не надо так серьезно,
— Марина же сама сказала, делайте что хотите, - ответила Аня.
Через переходник компрессор подключили к ещё одному шлангу, который закачивал Марине в попу и во влагалище и мне в мошонку. Как только открыли компрессор, Марина начала надуваться. Наконец, когда сопротивление моего тела и тела Марины сравнялось, моя мошонка начала расти, причем воздух стал переходить и в член. Я возбудился, но член был не в состоянии встать, так как из-за всех процедур что-то там нарушилось, и он просто болтался толстеющей сосиской. Мошонка раздулась прилично, и она начинала потихоньку побаливать. У Марины живот уже был как у беременной пятью детьми, мошонка и член раздулись так, что, казалось, они вот-вот лопнут. Аккуратно заткнув дырку со шлангом, Аня отвязала Марину. Мне же она просто вытащила иголки и всё само закрылось, воздух ниоткуда не выходил. Вид моего члена сильно возбудил Аню, и она приняла очень необычное и неординарное решение. Так мы согласно просьбе Марины и с её позволения оставили её на целую неделю, пока она не сказала нам:
— У меня внутри кто-то ползает.
Аня пригласила Марину во двор и попросила поднять руки вверх. Закрепив их за ветку дерева, стала распарывать нитки. Вскоре воздух зашипел и стал со свистом выходить наружу. От него шёл такой запах, что нам пришлось отойти на несколько метров в
Еще одна встреча... (Часть 1)