Это было печальное прощание со всеми моими индонезийскими друзьями. Тяжелее всего было расстаться с Бхакти, Викалом и особенно с юной Нефи. Рена была для девочки как мать.
Вечером накануне нашего отъезда Нефи пришел к нам в комнату, когда мы собирали вещи. Было видно, как по ее щекам текут слезы.
— Помни, что ты обещал, - сказала она мне.
Я остановился и посмотрел на нее, ища в ее глазах ключ к моему забытому обещанию.
— Ты говорил, что рядом с тобой для меня всегда найдется место. - сказала она.
Я посмотрел на Нефи, вспоминая разговор, состоявшийся несколько недель назад.
— Нефи, - начал я, - как только мы поселимся в Америке, мы, конечно, хотим, чтобы ты приехала навестить нас и посмотреть Америку. Не волнуйся. - Сказал я ей.
Нефи присела на краешек нашей кровати и переварила то, что я ей сказал. Можно было буквально видеть, как ее мозг переваривает мои слова. Затем она посмотрела на нас, кивнула, улыбнулась и ушла.
Одной из особенностей моей жизни в Индонезии было то, что я почти не тратила денег. Я зарабатывал немного, но то, что я зарабатывал, то откладывал. Я жил без арендной платы. Многое из того, что я ел, поступало с ферм, на которых я работал, и любая еда, которую я покупал, была недорогой. На самом деле тратить деньги было не на что.
В результате почти пятилетних накоплений на моем инвестиционном счете скопилось почти сто пятьдесят тысяч долларов. Одной из вещей, которую я хотел, и я знаю, что Рена хотела этого, был наш собственный дом.
К счастью, стоимость жилья рядом с университетом Тафта все еще оставалась довольно приемлемой. Мы купили старый дом с тремя спальнями и участком в гектар примерно в паре километров к западу от университета. Нам удалось снизить почти половину стоимости покупки в качестве первоначального взноса. Одним из соображений, которое мы учитывали при поиске жилья, было место для ее семьи, особенно для маленькой Нефи.
Рена, с помощью Тима, смогла устроиться в клинику здоровья кампуса. Хотя у нее были практические знания, необходимые для получения квалификации дипломированной медсестры, ей нужно было пройти несколько курсов, чтобы получить это звание.
Тем временем я начал осенние занятия и быстро обнаружил, что мне нравится быть преподавателем и работать с молодежью на моих занятиях.
Адаптация к жизни в Америке прошла для Рены в основном гладко. Она была поражена количеством и разнообразием продуктов в продуктовых магазинах. Как-то раз я сводил ее в магазин Costco, и она была поражена тем, что у них все упаковано в большие упаковки. Помню, как она увидела полуторалитровую банку горчицы и спросила меня, кому понадобилось столько горчицы. Я попытался объяснить, но даже для меня самого мой ответ прозвучал нелепо.
Единственное, что по-прежнему было трудным, - это разлука с семьей. Она ужасно скучала по ним. Я думаю, что из-за трагедии, которую они все пережили, они стали гораздо ближе, чем обычно. Было немало телефонных звонков, наполненных слезами, особенно в те первые несколько недель.
Но помимо этого, наша совместная жизнь была замечательной. Нам обоим нравилась наша работа, мы тратили время на ремонт собственного дома, и было забавно знакомить Рену с различными аспектами американской культуры.
Мы оба работали с понедельника по пятницу и старались еженедельно ходить куда-нибудь поужинать в субботу вечером. Мы пробовали разные рестораны, от фаст-фуда до изысканной кухни. Было интересно, какие блюда предпочитает Рена. Например, она любила Subway, но терпеть не могла Pizza Hut.
В эту субботу мы отправились в более приятный ресторан рядом с колледжем под названием Iris-Farm. Это
Подвези пожалуйста до дома