— Да, только твой, Люд... - покорно прошептал я, лишь слегка возбуждаясь на её ласку.
— Василёк-Киселек... - пронизывающе глядя на меня аспидной зеленью глаз, чуть жестче продолжила она «тасовать» мой слабый член с яичками.
— Люда... - прикрыв взор, тихо выдохнул я, сполна отдаваясь её женской власти.
И, невольно смотря на таки манящий мак её губ, хотел было впиться в неё поцелуем, как... входная дверь нашего дома разразилась яркой трелью звонка!
— Ой, это Джакс! – в ту же секунду встрепенулась Людмила, выпуская «кисель» моих причиндалов. – Мне нужно идти на свидание, дорогой!
Да, по-матерински чмокнув меня в лоб, в тот час грациозно зацокала каблуками по полу в сторону коридора! Зацокала, со всех ног спеша к своему новому любовнику!
«Джакс?! – изумился я про себя от слетевшего с её уст имени. – Прямо как в Мортал Комбате что ли?!»
Но, больше не думая ни о чем, быстро избавившись от одежды, вновь опустился в кресло и, устремив взор через стекло в нашу спальню, стал с нетерпеньем ждать главного действа.
Не прошло и минуты, как супруга вернулась в спальную комнату уже с чернокожим мужчиной – рослым плечистым негром, с короткой по-солдатски стрижкой черных волос, слегка вытянутым лицом и небольшими усиками-бородкой. Он был облачен в подчеркивающую его спортивную форму серую футболку, голубые джинсы, да серые кроссовки.
— А вот и наша супружеская спальня... - улыбнувшись любовнику, «пропела» Людмила, вовсю искря на него ясной зеленью глаз.
— Вау, Лютка! – с басистым акцентом изумился Джакс, пораженно осматривая помещение большими карими «лупами». – Это не спальная, это королевские хоромы!
— Верно, милый... - вовсе оскалилась моя супруга. – Это мой королевский чертог любви, в котором я часто милуюсь со своими любовниками... И, сегодня хочу миловаться с тобою...
С сими словами, окинув нигера томным взглядом, она ловким движеньем руки расстегнула свое лазурное платье (моментально сползшее с неё на пол!) и предстала пред ним лишь в темном лифчике, да таких же черных трусах!
— О, моя белая королева! – в тот час воспылал Джакс, возбужденно оглядывая её слегка расплывший «фарфор» тела с животиком. – Я с удовольствием займусь с тобою любовью!
Он тут же принялся раздеваться и, вскоре, оставшись в одних светло-серых трусах (в которых хорошо проглядывались очертания его видного «баклажана»!), подошел сзади к Людмиле, да мягко схватил её за видную грудь.
— Мммх, Лютка... - горячо прошептал он ей прямо на ухо, резко припуская её лифчик вниз. – Мммх, моя милфа...
— Уа-ах, милый... - тут же вздохнула в придыханье моя супруга, встрепенувшись упругостью белоснежных тить с «морковными» ягодками крупных сосков. – Да, я вся твоя...
Нигер охватил её сиськи и стал плавно надаивать их как вымя у тёлки.
— Мммх, Лютка-Лютка-Лютка... - всё шипел он, подергивая черными пальцами упругие белые «сдобы».
— Ммммххх, королева... - промычал любовник, задергав её быстро краснеющую нежность чуть быстрее.
— Уа-ааах! – закатив глаза в наслаждении, полностью покорилась его ласке моя супруга.
— Мммм-ммх! – уже откровенно затерзал её грудь он, упершись пробуждающимся в штанах «кабачком» в пышность её ягодиц.
— Уааа-аах! – сладостно стенала она, вся трепеща от его грубого доения.
«О, боги-боги! – в тот час мысленно полыхнул я из своей засады, лишь слегка подернув «крюком» «кисельного» пениса. – Он же доит мою Людку! Доит будто какую-то корову!»
Тем временем, Джакс, вовсе скинул с Людмилы лифчик и, развернув её к себе, впился губами во встопыренный сосок левой титьки! Впился, иною рукой продолжая резко
Жара