Утро наступило позднее обычного: вчерашнее приключение требовало восстановления.
Я, не открывая глаз, нежился под лучами солнца, падающими из приоткрытого окна, прислушиваясь к ветру и отголоскам моря, вдыхая тонкий, с оттенками смолянистой хвои, запах.
Жизнь удалась, и должна стать еще лучше!
Маша не любит ранние подъемы, но покинула супружеское ложе и колдовала завтрак на первом этаже, в небольшой, скроенной на скорую руку, как и все у нас, кроме продуманного разврата, кухоньке.
Продолжая маяться в сладкой неге, я с удовольствием перебирал в памяти вчерашние события: яркий вечер и ярчайшую ночь. Я страстно желал сегодняшнего продолжения, которое задумано, запланировано, обговорено, остается отточить детали: границы допустимого, чтобы восхитительные планы не превратились в печальные воспоминания.
Непоколебимое правило: у кого больше поводов для ревности, может сказать «нет» в любой момент, и в последствии мы обсуждаем, что пошло не так. И больше трех раз мы не встречаемся с партнером, если он не постоянный. Первый – для интимного знакомства, чтобы сгладить шероховатости, преодолеть барьер, который не замечается, но присутствует, сексуально познакомиться с любовником или любовницей... Второй – основное блюдо развратной вечеринки, когда мы вкладываем максимум, столько же забирая, впитывая эмоции, ощущения, трамбуя их в воспоминания, которые будут греть послевкусием. И, наконец, третий раз – прощальное свидание: нежность, легкая грусть, что все хорошее заканчивается, чтоб освободить дорогу отличному.
Нас это устраивает: мы даем шанс незнакомцам прикоснуться к нашим тайнам и чувственным наслаждением, взамен их используя (если говорить цинично, а мы – циничные взрослые люди), как живую игрушку, после использования которую можно отправлять в утиль. И ревность, если она имеет место, сходит на нет: не ревновать же жену к вибратору или мужа к искусственной вульве? Ну, что вы, в самом деле!
Хочешь – не хочешь, а вставать надо. Маша скоро завершит редкое действо – кухонную суету, и позовет завтракать. А кушать хочется в чистом и бодром виде. Пока я мылся, не отпуская из головы воспоминания, перемешанные с фантазиями о будущем, что они сплелись в неразделимый клубок, жена вернулась в спальню.
Мы, беспечно болтая, и перекидываясь двусмысленными шуточками о вчерашнем, пребывая в нетерпеливом ожидании вечера, позавтракали, пренебрегая требованиями ЗОЖ, которых придерживались, но не в отпуске же... Ушли на море, где, пребывая в нежных объятьях моря и теплых прикосновениях солнца, наслаждались миром вокруг и внутри нас. Заводили разговоры о делах насущных, существующих за пределами выдуманного мирка, и непринужденно обсуждая особенности предстоящего вечера.
— Мне муж обещал устроить двойное... между прочим, - промурлыкала Маша, потягиваясь на солнышке.
— Правда? - притворно удивился я, изображая неподдельный ужас на лице. - Повезло же тебе с мужем.
— Ты не представляешь, насколько...
— И где бы ты хотела это устроить?
— Берег моря мне нравится, - она загадочно улыбнулась. - Хочу, чтоб мои крики слышало все побережье.
— А вдруг сбегутся посмотреть?
— Подглядывать, в принципе, можно, но... не участвовать... Трио меня устраивает. Я больше могу не выдержать, да и проверять – желания нет.
— Тогда кричи тише...
— С тобой тише не получается... Только громче, - сделала жена комплимент.
Время в сдержанном спокойствии и сладком предвкушении добралось до вечера, и Маша стала собираться, подкрашивая свою миленькую мордашку, хотя я был против – естественная красота меня прельщает больше, тем более, жена – видная барышня, которую многие пробовали, и теперь завидуют мне, как обладателю приза. А еще больше – хотят, но не получается.
— Как я тебе? - спросила любимая, крутясь передо мной. Я терял терпение, хотя время нас не подгоняло, но поневоле залюбовался
Как мой батя подогнал мне шлюху