Понедельник, 18 декабря 2260 г. Я поставил будильник как обычно на 6 утра. Но меня раньше разбудила Дженн минетом. Блин, как же это классно. Дженн залезла под одеяло и насаживалсь ротиком на мой стержень. Я поднял одеяло и заметил, что маску с глаз она так и не сняла.
—Доброе утро, дорогая! — прервал её я.— Давай я тебе тоже приятное сделаю.
—Доброе утро, — ответила Дженн, прервавшись. — Мне эта идея нравится. Давай заткни меня кляпом, немного выпори и хорошенько оттрахай.
—Дженн, если бы ты сняла маску с глаз и посмотрела бы на свою задницу, то ты бы меня об этом не просила. Там же живого места нет, — заметил я.
—Мне на надо на неё смотреть, мне достаточно, что я её чувствую, — ответила Дженн. — Майкл, это всё нужно ради дара. Чтобы вечером всё получилось.
—Да я понимаю, — сказал я.— Но пороть с утра я тебя не буду. Ты до Ксиабулы тогда не дойдёшь. А вот страстную и нежную любовь я тебя могу дать сейчас. Тем более, что наслаждение от секса для дара важно не меньше, чем боль от порки.
—Да, Майкл, давай сделаем это, — согласилась Дженн. — Только кляп нам всё равно нужно будет использовать, т.к. от удовольствия я кричу также громко, как и от боли. И могу так поднять на ноги всю Вахаку. А привлекать лишнее внимание нам не нужно.
—Хорошо, дорогая, так и сделаем. Люблю тебя, — ответил я и поцеловал Дженн. А после этого, когда она расположилась на четвереньках, выпятив попку, я вставил в её ротик кляп и застегнул ремешок на затылке, а затем вошёл в её горячую и влажную пещерку. Трахал я её где-то минут 20, за которые судя по её стонам в кляп и сокращениям матки, она кончила минимум 4-5 раз, пока я не заполнил её своей спермой. После чего она стащила с себя кляп.
—Майкл, тут открытого огня нигде нет? — поинтересовалась Дженн.
—Нет, только подсветка пип-боя, — ответил я и Дженн стащила с глаз маску для сна. — Я так понимаю, что ты хочешь поберечь ресурсы для вечера. Но тогда вроде бы тебя нельзя смотреть и на солнце.
—Это ещё почему? — спросила Дженн.
—Потому что огонь — это материя в состоянии плазмы во время реакции горения, — пояснил я.— А солнце— это та же плазма, только вызванная термоядерной реакцией. По идее так, если дар работает через видения в плазме.
—Валаса ничего такого не говорила. Но я сомневаюсь, что она знает, что такое плазма. Сильно похоже, что она может считать, что солнце — это бог на огненной колеснице, — ответила Дженн.
—Не стоит недооценивать Валасу, — сказал я.— Она вполне грамотная, т.к. занимается самообразованием. Я просто видел некоторые книги в их шатре. Я думаю, что эти книги ей подогнали разведчики пустоши. Она может прикидываться иногда невежественной племенной шаманкой, но это довольно обманчивое впечатление.
—Ладно, в любом случае никто не заставляет меня смотреть на солнце. Постараюсь без этого обойтись. Давай выйдем в наружу, пока остальные не проснулись, — ответила Дженн и принялась стягивать с себя чулки с кожаными подвязками. Дженн облачилась в свежее бельё, что достала из своего рюкзака, колготки и металлическую броню с чёрными штанами и таким же топом. Я же тем временем облачился тоже в свежее бельё и довоенную весеннюю одежду в виде красной рубашки и чёрных брюк, шляпа и очки Мияки Киото. Дженн тоже одела шлем рейнджера и мы, взяв оружие, двинулись из шатра. На пип-бое было без 20 6
Фантазия за два дня до реализации