Когда запись кончилась, жена, неопределенно хмыкнув, сказала «Перепиши на комп» и, не оглядываясь, удалилась на кухню. Настроение поиграть у нее явно пропало. Я, пожав плечами, уселся за компьютер. Запустил копирование, да и открыл свои рабочие файлы, занявшись по такому случаю делом.
Пошуршав на кухне, Нина через некоторое время затихла. А потом почти неслышно появилась за моей спиной, обняла за грудь, прижавшись к спине голым телом. С трудом переключившись, я скосил глаза на ее лицо: так, кажется, настроение у жены лирическое, а не игривое, и сексуальный пеньюар куда-то исчез. Запустив руку за спину, провел по прохладному телу сверху вниз, встретив на пути лишь трусики.
— И?
— Покажи, чего переписалось...
— Нинк, ну работаю... – я очень осторожно попытался ее хоть чуть-чуть подзавести, в надежде избежать обычных в таком настроении излияний, выслушивать которые у меня сейчас не было ни малейшего желания. В конце концов, для таких бесед у нас хватает времени и в постели.
Нинка поддалась неожиданно легко. Куснув меня за ухо, захихикала:
— Че, не понравилось? Или...
Я сделал зверское лицо:
— Какие еще «или»?
— Ну ладно, ладно, чего ты... Ну покажи, как я тебе вчера сосала... Мне кажется, там, в одном месте...
С притворным недовольством вздохнув, я запустил запись наших игрищ. Прижавшись к моей спине грудками, Нинка отобрала у меня мышку и быстренько прокрутила изображение до того места, где она встала передо мной на колени. Перешла на нормальную скорость, дойдя до какого-то момента, остановила изображение и, увеличив его, оставила на экране только свои губы с погруженным между ними стволом. К этому времени женушка моя и в реале уже чуть раскраснелась, дыхание участилось, да и глазки заблестели вполне определенным образом. Я тоже не остался безучастным ни к ее состоянию, ни к изображению на экране.
Немного поразглядывав наши органы, Нинка фыркнула:
— Ну, я так и поняла... Освещение... Муженек, а муженек? А пойдем, при естественном свете попробуем? Утро еще, свет во дворе самый хороший...
«Опять новости», подумал я. Мы и раньше занимались этим делом на свежем воздухе, но только по ночам, а тут...
Заведя руку назад, я перехватил жену за шейку и быстренько перевел ее себе на колени. Обняв за плечи, ухватил свободной рукой сосочек:
— Ах ты... Ольгу помучить хочешь, да? Мишка на работе, а ты ей спектакль устраивать? Поссорились, что ли?
Нинка засмущалась:
— Ну почему «Ольгу»... Она, может, и из дома-то не выйдет вообще... Да и... Ну ладно, дура я, что теперь сделаешь, не подумала про нее...
— Может выйдет, может нет.... с вами, бабами, никогда ничего не угадаешь... – сердито проговорил я, глубоко запуская руку в Нинкины трусики. Жена, демонстрируя осознание своей ошибки, тихонько замычала, прикрыв глаза. А я продолжил: - Вот сейчас тебя на коечку отнесу, и трахну по полной, чтоб впредь неповадно было...
И так ходившая мокрой с утра, а сейчас и совсем уже ошалевшая от моих ласк Нинка, не открывая глаз, пробормотала: «Не хочу на койку», я хмыкнул и, встав, усадил жену на стол, сдвинув подальше клавиатуру. Стянул с нее трусики, коленки она с готовностью раздвинула сама, присел и, закинув ее ножки себе на плечи, обнял бедра жены руками. Раскрыл большими пальцами раковинку, тихонько подул туда, - Нинка, пискнув, довольно поежилась, - и начал с того, чем вчера вечером закончил. Охающая жена не нашла ничего лучше, как почти обнять стоящий рядом с ней монитор, на экране котрого едва помещался ее ротик и мой инструмент, погруженный в него до середины. Так что, когда я встал в полный рост, то
Подруга друга