бельём), достала шёлковые боксёры и уселась на кровать, натянув их на глаза. Через минуту её рука скользнула между ног, и по тихим мокрым звукам я понял, что она уже вовсю работает.
Я кивнул:
— Это займёт несколько минут. Я предупрежу перед изменениями, но только в последний момент.
Я развернулся к компьютеру, открыл её последнее фото. Постучал пальцем по столу, затем открыл несколько рабочих снимков. Там была подборка одной девушки... сильно отличающейся от Шантель. Я улыбнулся.
Принялся за работу. Теперь я настолько набил руку, что эта трансформация была пустяком. Понадобится от силы 20 кадров.
Мои руки мелькали по клавиатуре и графическому планшету. Прошло минут десять. Всё это время слышалось, как Шантель ласкает себя, её стоны становились всё громче, а мои боксёры по-прежнему прикрывали ей глаза.
Я был готов.
— Так, — мой член уже был твёрже алмаза. — Начинается. Изменений будет много, так что приготовься.
Шантель кивнула, медленно вытащила пальцы из киски и слегка сгорбилась. Я активировал макрос.
Она ахнула. Я наблюдал, как изменения охватывают её — насколько это было видно сквозь одежду и повязку. Она стала меньше — в росте, в ширине плеч, почти во всех пропорциях... кроме груди, конечно. Та осталась примерно такой же, может, чуть больше. Её кожа потемнела до бежевого оттенка, волосы стали синевато-чёрными, фигура — менее пышной и более подтянутой. Затем всё остановилось.
— Охуеть, — её голос изменился — выше, но насыщеннее, менее гнусавый. На самом деле, он стал очень похож на голос той, с кого я её смоделировал. — Это было намного интенсивнее, чем... Вау, мой голос. Что ты со мной сделал? — Она потянулась к повязке.
— Не снимай пока, — твёрдо сказал я. — Встань, сними шорты и трусы, затем стяни футболку вместе с повязкой. Посмотри в зеркало, как только освободишься.
Шантель сглотнула и кивнула. Осторожно, ориентируясь по полу в щель под повязкой, она подошла к зеркалу. Стянула шорты — те соскользнули легко. Её попа всё ещё имела приятную форму, но бёдра были уже не такими округлыми. Раньше её киска была гладкой, а теперь там была узкая чёрная полоска, ведущая к губам, словно посадочная полоса.
Шантель — или та, кто ею был — подняла подол футболки и стянула её вместе с повязкой. Её золотистая грудь выпрыгнула наружу, и она уставилась в зеркало.
— Святые печеньки, — она разинула рот. — Ты превратил меня в ту азиатскую порнозвезду!
— Ну, почти. Скорее, в её идеальную версию. Твои сиськи, например, куда натуральнее. — Я обхватил одну, щипнул сосок. Она вскрикнула, откинувшись на меня. — И намного чувствительнее. Настоящая Айна Хани — профессионал, через киску которой прошли члены мощностью за 9000. А ты...
Я стянул штаны, мой возбуждённый «укротитель» выпрыгнул наружу. Одной рукой я развернул Шантель, заставив наклониться так, что её попа оказалась направлена на меня, а лицо и грудь прижались к зеркалу. Я прицелился к её всё ещё мокрым губам. Пришлось расставить ноги из-за разницы в росте. Её дыхание участилось, зеркало запотело.
— Ну вот, как ты и просила — я привёл тебя в идеальное состояние.
С этими словами я вогнал в неё член. Вернее, попытался. Прошёл всего несколько сантиметров, прежде чем стало так тесно, что я застрял.
— Ох, чёрт! — Шантель вжала ладони в зеркало. — Ох, блядь-блядь-блядь! Ты... ааа! Сделал эту киску слишком узкой!
Я немного вытащил, нахмурился, затем вошёл снова, медленнее. Прошёл чуть дальше. Чёрт, она была тугой.
— Бляяядь! — она скривилась. — Боже, как будто снова девственница. Может, хоть свой уменьшишь?
Кошка