маски, ласты и прыгнули в воду. Еще раньше мы договорились проплыть вокруг острова. Взявшись за руки и лениво перебирая ластами, мы плыли, осматривая дно. Вода была прозрачной, а стоящее в зените солнце хорошо все освещало. Дно в основном было песчаным, с галечными проплешинами. Часто встречались крупные камни. Некоторые в рост человека. Попадались полянки, заросшие морской капустой и просто морской травой. Иногда проплывали рыбы. По-моему, это были красноперки. Один раз мы видели греющуюся на песке камбалу. Когда на нее упала наша тень, рыба шмыгнула в траву.
Минут 15 мы погрелись на солнышке на другой стороне острова, усевшись на выступающий из воды камень. Немного пообнимались и поцеловались. Татьяна воспользовалась возможностью и устроила мне небольшой допрос. Оторвав губы от моих, она спросила голосом одновременно и равнодушным, и нейтральным: - Как тебе понравились девчонки?
— Девчонки как девчонки. Костлявые, волосы сальные, ногти обломанные. – Ответил я чистую правду.
— Внимательно ты их рассматривал, даже ногти заметил. А сиськи успел рассмотреть?
— На что там смотреть? По сравнению с твоими они - ни разу не канают. – Это тоже была правда, но не вся. Доступность новых знакомых произвела на меня впечатление.
Танюху мои ответы похоже удовлетворили, и я снова завладел ее губами. Согревшись, мы соскользнули с камня и поплыли дальше.
Обогнув остров, мы вернулись к ялу с борта, где купалась большая часть честной компания. В воде копошился клубок тел, над которым стоя гогот. Гоготали и пацаны, и девчонки. Проплывая мимо них к транцу, на котором висел забортный трап, я успел заметить, что некоторые учащиеся ГПТУ успели лишиться к этому времени не только бюстгальтеров.
Забравшись в ял, мы присоединились к Сашке и Марине сидевшим на баке. Выглядели они не весело. Было уже больше часа, и пора была заморить червячка. Переговорив с нашими соседями, я предложил купальщикам прервать хулиганство и устроить обеденный перерыв. После недолгого пререкания предложение было принято, и любители водных процедур полезли на борт.
Рассаживались с шутками и прибаутками. Девчонки утратившие трусы небрежно прикрыли свой срам майками, трениками, в общем тем, что под руку попало. Одна даже воспользовалась панамкой. Располагались, уже разбившись на пары и тройки. Пацаны не переставали лапать девчонок, а те с довольным видом отпихивали шкодливые ручонки от особо интимных мест.
Разложив на покрывало, что бог послал, а точнее, что мамы положили, мы были готовы приступить к перекусу. Тут кто-то из гепетеушниц вспомнил про портвейн. У нас была слабо пьющая компания. Все мы были из благополучных, хорошо обеспеченных семей. Отцы наши были моряками. Мы регулярно занимались спортом. Сейчас пацаны восприняли предложение остограммиться с энтузиазмом.
Разлили в одноразовые бумажные стаканчики, запасенные нашими гостьями. Марина и Татьяна от «Агдама» категорически отказались. Я пригубил за компанию грамм сто. Остальное было поделено поровну между остальными участниками трапезы.
Все, съев и выпив, убрав следы и отходы в специально прихваченный для этого целлофановый мешок, компания попрыгала в воду. В лодке остались только трое - Маринка с Татьяной и я. Перцев видимо решил примкнуть к активной части компании.
Предыдущий опыт показал публике, что серьезно обжиматься, ни говоря уже о прочем на плаву получается не очень. Даже если цепляться за борт яла. Компания выплыла на мелководье, где глубина была ребятам по грудь, и продолжила тесные телесные контакты.
Я с двумя девчонками расположились на баке. Ял развернулся на якоре и стоял к берегу кормой. Девушки сидели на банке лицом к носу. Я расположился на носовом решетчатом люке, и смотрел на них. Поглядывая исподтишка на происходящее буквально в двух метрах за кормой. Посмотреть было на что.
first time