Я рассмеялся и сказал: - Как раз наоборот. Им нужно было уклониться от уплаты налогов. Итак, они сбросили меня и еще нескольких человек за борт вместе с людьми, которых они похитили. Я высадил их в Байю-Соваж, и они направились в поселение беглецов, когда я видел их в последний раз.
Она одарила меня ослепительной улыбкой и тут же попыталась перевернуть на спину. Когда я подчинился, в поле зрения появилось нечто, похожее на бушприт линейного корабля. В этом не было ничего удивительного. Мне было всего двадцать, и прошло два года.
Она жадно уставилась на него. Я ухмыльнулся и сказал: - Полагаю, Джон Куинси Адамс ищет меня, пока мы разговариваем. - Она недоверчиво вытаращила глаза. Она сказала серьезным тоном: - Ты серьезно пытаешься сказать мне, что Великий аболиционист был капитаном корабля работорговцев?
Я рассмеялся и сказал: - Не думаю, что это его настоящее имя. Но я поплачусь жизнью, если он когда-нибудь найдет меня. - Она сказала хриплым от вожделения голосом: - Ты можешь оставаться здесь, сколько захочешь, мой прекрасный мальчик. Возможно, я найду тебе применение.
Затем она изящно опустилась на мой пульсирующий член, и мы начали процесс знакомства друг с другом поближе.
*******************************
Так я познакомился с Мэй Бейли. Она осиротела после смерти своих родителей во время одной из периодических эпидемий желтой лихорадки в Новом Орлеане. Но ее красота уже достигла расцвета. Поэтому она сразу же привлекла внимание Джозефа Сэмюэля, богатого торговца хлопком.
Он "удочерил" ее, несмотря на то, что ей было уже восемнадцать, и содержал ее в роскошном доме во Французском квартале. В Биг-Изи отношение к ней другое. Следовательно, наличие такой молодой и потрясающе красивой любовницы, как Мэй, было знаком отличия для ее благодетеля.
Затем Сэмюэл умер. Утверждалось, что его обширная сердечная недостаточность могла быть как-то связана с большой разницей в возрасте и его увлеченностью своей горячей молодой любовницей. Но Мэй была грозной женщиной, и у нее была известная красота, на которую можно было положиться. Таким образом, она быстро заполучила в свои сети другого хлопкового магната по имени Герман.
Он был еще старше и богаче, чем ее предыдущий любовник, и Мэй действительно заключила сделку, по которой после его смерти дом перешел к ней. Неизбежная кончина этого человека наступила три года спустя. Его похоронили с улыбкой на лице, а у Мэй было имущество и немного денег.
Мэй рассказала мне, что устала от мужской заботы. У нее не было никаких востребованных навыков, кроме тех, которые она приобрела за семь лет работы профессиональной любовницей. Поэтому она использовала свои навыки.
Она превратила свою новую резиденцию в первоклассный бордель, который привлекал богатых плантаторов и торговцев этого района. "Таланты", которых она собирала, были самыми разными - от бедных креолок до непокорных дочерей.
Они были всех цветов радуги, включая красный и желтый. Но у них у всех была одна общая черта. Как и Мэй, они были исключительно красивы и умели трахаться. На самом деле, к тому времени, когда я встретил ее, Мэй была кем-то вроде легенды Нового Орлеана. У нее даже была лицензия на управление "домом с дурной репутацией", выданная городом.
Мэй, возможно, была богата и влиятельна, но у нее не могло быть детей. Она поделилась со мной этой информацией одной душераздирающей ночью, после того как чуть не убила меня в постели. Она сказала, что я ей понравился, потому что она вообразила, что я похож на сына, которого у нее никогда не будет.
Это заявление было более чем тревожным, учитывая тот факт, что она только что
Сон третий (утренний)