на вход, то отходила, и я дрожала, ноги были раздвинуты, трусики натянуты в сторону, а киска открыта ему.
Я продолжала, голос почти срывался, но я не унималась:
— Видишь, какая я мокрая, родной? Это всё твой хуй делает, он такой большой, такой твёрдый, я хочу его, хочу, чтоб ты трахнул меня... Давай, сладкий, выеби эту пизду... Трахни меня!
Боже, какая же я всё-таки блядь, и мне это нравится. Он водил членом по киске, то сильнее, то легче, и я видела, как его бёдра напрягаются, как он сдерживается, но слушает каждое моё слово. Вдруг он надавил чуть сильнее — головка раздвинула мои складки, вошла внутрь, медленно, но уверенно, растягивая меня. Ох... Я ахнула. Толстый горячий член заполнял меня, и я чувствовала каждый миллиметр, пока он не остановился, давая мне привыкнуть. Его головка была во мне, и я задыхалась от этого чувства. Он внутри. Я чувствовала, как моя киска обхватывает его, плотно, влажно, как будто не хочет отпускать. Боже, да... Он медленно вытащил член — я ахнула, ощущая пустоту, но тут же ввёл его обратно, чуть глубже, раздвигая меня сильнее. Моя пизда облепила его, каждый его сантиметр растягивал меня, и я дрожала, чувствуя, как киска пульсирует вокруг него.
— Да, вот так, — промычала я.
Он начал двигаться — медленно, нежно, как и обещал, входя и выходя, каждый толчок был чуть глубже предыдущего. Я застонала, тихо, хрипло, звук вырывался сам собой, и я не могла его сдержать. Да, да, вот так... Его член скользил в презервативе, но я чувствовала его жар, его толщину, как он заполняет меня, и это было лучшее, что я испытывала за долгое время.
Он трахал меня так некоторое время, медленно, но уверенно, и я стонала громче с каждым движением. Вдруг он вошёл наполовину — я ахнула сильнее, глаза расширились. Боже, какой же он толстый. Он растягивал меня до предела, я чувствовала, как моя пизда сжимается вокруг него, как ей тесно, но так сладко. Я ждала этого. С тех пор, как впервые увидела его член — я мечтала об этом, и теперь он был здесь, во мне, а я была просто шлюхой, которая наслаждалась каждым толчком.
Я шептала, голос срывался:
— Да, Макс, еби меня, смотри, как твой хуй растягивает мою пизду, трахай её, не останавливайся, прошу тебя. Бля, ты сводишь меня с ума... Сука, это всё твой хер, он такой большой, бери меня, трахай, как суку, я хочу кончить тут, на этом столе, как последняя блядь. Да, ещё глубже, сладкий...
Слова лились, грязные и бесстыжие, а я наслаждалась этим — своей похотью, своей развратностью, тем, как он смотрит на меня, как его член входит всё глубже. Он двигался медленно, но каждый толчок был как удар, и я стонала, срываясь на крик, чувствуя, как он заполняет меня, как моя киска обнимает его и хочет больше. Моё лицо искажалось от удовольствия.
Я сидела на столе, ноги дрожали, киска горела, и Максим продолжал трахать меня — медленно, уверенно, его член входил всё глубже, растягивая меня до предела. Боже, он огромный. Каждый толчок был как волна, я чувствовала, как моя пизда обхватывает его, как она растянута, тугая и мокрая, и внутри всё пульсировало от его размера. Он вошёл чуть сильнее, и я ахнула, хватая воздух, понимая, что он уже очень глубоко. Я не могу больше... Голос сорвался, я посмотрела на него, глаза блестели, и прошептала:
— Макс, чуть медленнее, пожалуйста... У тебя такой классный хуй, ты растянул меня всю, трахай меня нежно, сладкий...
Грехопадение Марины (Главы 1 - 6)