На кровати с приподнятым изголовьем лежала Ленка. Она повернула голову, и ее тусклый взгляд сразу изменился, глаза засветились радостью, но улыбка получилась почему-то смущенной.
— Серый, цветы! Как же это было давно!
Я оставил у кровати пакет с Ленкиными вещами, которые собрала ее мама, и вручил букет. Ленка спрятала лицо в бардовых лепестках, вдохнула. Посмотрела на меня с серьезным видом и объявила:
— Я тебя не люблю...
У меня внутри на миг похолодело, но Ленка заулыбалась, отложила букет и протянула руки.
— Я тебя обожаю!
Второй раз я с ней целуюсь, а чувства уже другие. Как с Мариной. Нет, лучше, глубже. Правильнее. Может, это и есть настоящая любовь?
Когда мы, наконец, оторвались друг от друга, я спросил:
— Почему тебя ангелочком-то называют?
— На самом деле половина ангелочка. Это уже сократили. Врач сказал про шрам, будто там крыло было, а его отрезали. И знаешь, что? У тебя ведь тоже есть такой, только с другой стороны. Так что у нас на двоих два крыла было. Это знак. Надо их опять вырастить и тогда...
Такая крепкая любовь...