вечера, и все наслаждались ужином на свежем воздухе у бассейна. Эшли держалась рядом со мной, пока мы объясняли, чем занимались в Столице страны.
После ужина все разошлись. Мои бабушка с дедушкой вернулись к себе, а мои родители поднялись наверх, чтобы расслабиться и подготовиться к рабочей неделе. Джен сказала, что собирается немного поспать, потому что она устала. После этого я остался наедине с Эшли у бассейна.
Я действительно устал, но я был взволнован возможностью побыть немного наедине с Эш. На ней был купальник "Спасателей Малибу", а поверх него - пара красных спортивных шорт. Когда все зашли внутрь, мы остались снаружи и пошли поплавать. На самом деле это было не столько купание, сколько отмокание.
Через некоторое время я подкрался к ней сзади и украл поцелуй. Она пожурила меня: - Джимми, будь осторожен. Если кто-нибудь увидит, как ты целуешь меня, то они зададутся вопросом, почему.
Я хихикнул: - Они все наверху. Мы не были одни уже две недели. Я хочу побыть с тобой наедине.
Она упрекнула меня: - Я бы тоже хотела повеселиться, но не думаю, что сейчас подходящее время.
У меня голова шла кругом. Я знал, что мы могли бы зайти за ограду уединения. Там есть поросший травой холм, где никто из дома или соседей не может видеть, что происходит. - Эш, я знаю, где мы можем побыть одни. Следуй за мной.
Мы оба вылезли из бассейна и пошли вытираться. - Эш, захвати свое полотенце. - Я открыл боковую дверь в заборе, и мы оба вышли, обойдя вокруг к травянистому холмику за забором. Как только мы добрались до места, я положил свое полотенце и схватил ее, чтобы мы могли посидеть под ярким лунным светом.
Я сел первым, а затем похлопал по сложенным пляжным полотенцам, освобождая место для Эш: - Давай, Куколка, присаживайся. - Она села, и когда мы посмотрели друг другу в глаза, я сказал ей: - Теперь у нас есть немного уединения. Никаких оправданий - я хочу поцелуй.
Я погладил ее щеку левой рукой, придвинулся ближе и поцеловал ее в щеку. Затем я подвинулся и начал целовать ее мягкие полные губы. Это стало настолько естественным, что она поняла, чего я хочу. Наши распутные рты столкнулись в неистовстве. Наши языки переплелись, как давно потерянные души. Поцелуй казался вечностью.
Я медленно отстранился: - Я готов заставить тебя кончить, Эш.
С любовью в ее глазах и сердцем на губах: - Пожалуйста, Джим. - Когда я начал спускать бретельки, я начал целовать ее затылок вниз, к ее мягкой полной груди. Я облизал ее своим неряшливым ртом по всему телу, снимая с нее купальник и шорты.
Теперь ее роскошное тело было полностью открыто для меня. Я был готов отдаться своим чувствам, наслаждаясь видами, звуками, запахом, осязанием и вкусом ее любви.
Я раздвинул ее бедра, подставил ее прелестный пирожок и, обхватив руками ее попку, начал исследовать ее языком. Это было неаккуратное смешивание ее соков и моей слюны в полную силу. Я поднял голову: - Тебе нравится?
— О да, оооо, да, мне нравится, - Эш изо всех сил старалась сохранять самообладание, пока я терзал ее своим языком.
Я действительно наслаждался этой тарелкой, полной киски. Я потрогал ее мягкие ягодицы в своих ладонях, уткнувшись носом в ее мягкий пушистый мех. Я решил довести дело до конца и начал лизать ее задницу.
— Ч-ч-что т-ты с-делаешь? - запинаясь, пробормотала она, начиная колотить раскрытыми ладонями по земле и приподнимать задницу в воздух, пытаясь сохранить связность движений, в то время как оргазм начал сотрясать ее мир. -
Трусики моей мамы.