Я всегда гордился тем, что пять раз в неделю выхожу на улицу и пробегаю восемь-десять километров. Я считаю, что нахожусь в очень хорошей форме для человека моего возраста. И хотя в свой следующий день рождения я попаду в "Большую четверку", я не чувствую себя на седьмом небе от счастья.
Я никогда не верил в сверхъестественное или что-то в этом роде, но в тот день, когда я шел домой, хотя это был всего лишь километр, казалось, что это отнимало у меня все силы. С каждым шагом, который я делал, что-то внутри меня, казалось, говорило мне остановиться. Это было почти, как если бы судьба пыталась защитить меня. И, честно говоря, если бы я поступил так, как подсказывали мне мои чувства, я, возможно, никогда бы этого не узнал.
Что-то внутри меня подсказывало мне позвонить домой и попросить мою жену Бренду приехать и забрать меня. Впервые в моей жизни мой "Мустанг" подвел меня. Нет, он не сломался. У меня просто закончился бензин. Это все моя вина. В моей машине есть дисплей, который показывает, сколько километров я могу проехать, прежде чем бак опустеет. Проблема в том, что обычно я могу еще проехать больше пяти километров. Поэтому, торопясь домой, я проигнорировал предупреждение о том, что бак пуст.
Это должен был быть особенный день. Видите ли, двенадцать лет назад в тот день я сделал то, что большинство моих друзей сочли самым глупым поступком в моей жизни. В возрасте двадцати восьми лет я женился на разведенной тридцатипятилетней женщине с тремя детьми. Меня не волновало, что кто-то говорил о ней или ее прошлом. Я думал только о том, что она заставляла меня чувствовать. Когда мы с Брендой были вместе, я чувствовал, что могу летать.
Конечно, с самого начала у нее были некоторые проблемы. Ее дети с самого начала были источником разногласий. В четырнадцать, одиннадцать и девять лет они были достаточно взрослыми, чтобы помнить своего биологического отца. На это ушли годы слез, криков и вопиющей брани, смешанных с добротой, состраданием и просто с тем, что я по-старому позволял себе не обращать на это внимания, но у нас все получилось.
Первые два года были самыми тяжелыми. Потом было несколько лет затишья, но спустя четыре года я не понял, когда это произошло, но мы стали семьей. Мы были крепкой семьей.
Малышка из нашей компании, Шеннон, приняла меня с самого первого дня. Даже когда мы с Брендой только встречались, она забиралась ко мне на колени и требовала, чтобы ее обняли. Потом мы помогали с домашним заданием и танцевали как папа с дочкой. После первого раза, когда ей было всего девять лет, она сказала мне, что мне придется жениться на ее матери, чтобы я действительно стал ее папой.
Это было много лет назад, и с тех пор много воды утекло, но я чувствовал себя скорее отцом Шеннон, чем ее отчимом. На самом деле, Шеннон начала называть меня папой еще до свадьбы и никогда не переставала.
Другие дети медленнее переключались с Дейла на папу, но я не мог их винить. Я думаю, что большинство из нас хотят, чтобы наши родители были вместе. Я думаю, большинство из нас воспротивились бы тому, кто попытался бы вмешаться и занять место нашей матери или отца, несмотря ни на что. Это было вполне естественно. Но, опять же, это было много лет назад, и я был в восторге от подарка, который собирался подарить Бренде на нашу двенадцатую годовщину.
Мы собирались в круиз. Я хотел сразить Бренду наповал. Она никогда особо
Аня однажды