— сказал Заркастик, шлепнув на стойку две большие кружки пенистой желтой жидкости.
Вэл показала ему неприличный жест и осушила кружку, ее большая грудь вздымалась, пока она глотала эль громкими глотками. Крупные капли пива стекали с ее пухлых губ по шее, падая на упругую загорелую грудь.
Все в зале смотрели на нее, но большинство знало о репутации Вэл слишком хорошо, чтобы пытаться к ней подкатывать — по крайней мере, сразу. В первую ночь, когда Вэл остановилась у Заркастика, за ней увязались три брата-красавца, явно желавших сразиться с девушкой в постели. Первого она вежливо отвергла, второго избила до полусмерти и выбросила в окно, а третьего забрала к себе в комнату вместе с Пенни, и они всю ночь трахались без остановки. Людей пугало то, что все трое братьев вели себя одинаково — они даже выглядели одинаково, будучи тройняшками. Казалось, Вэл просто случайно выбрала, кого проигнорировать, кого избить, а кого трахнуть. Такое непредсказуемое поведение привлекательной воительницы продолжалось, и вскоре все поняли, что Вэл — просто дикая, хаотичная, похотливая стерва, живущая по своим прихотям без раздумий. Но она была возбуждающей, красивой и горячей, поэтому парни все равно шли, надеясь, что им повезет стать одним из тех, кого выберет для ночи, переворачивающей жизнь. Хотя большинство просыпалось в больнице со сломанными костями, разорванными яичками, а иногда и с посторонними предметами в заднице. Вэл была сумасшедшей стервой.
Вечер прошел за пивом и игрой в дартс (которую они в основном проигрывали), и к концу ночи у них снова не осталось ни гроша. Таверна к тому времени заполнилась, многие посетители были пьяны, и если бы Вэл действительно нуждалась в деньгах, она бы попросила Пенни что-нибудь украсть. Но Вэл не заботилась о деньгах. Выросшая в разоренном войной пограничном королевстве, она научилась жить так, будто каждый день мог стать последним, и потому проводила каждую минуту, смеясь, выпивая, гуляя, дерясь и трахаясь — всем, что любила. Даже сейчас юркая Пенни сидела у нее на коленях, а ее рука была засунута в шорты полурослика, громко шлепая в ее тугой киске.
— Простите, — робко прозвучал хриплый женский голос. — Вы, случайно, не искательницы приключений? Вэл и Пенни?
Вэл рыкнула, отрываясь от поцелуев пьяной подруги:
— Да. Мы... вау!
Она потеряла дар речи, увидев женщину, которая к ним подошла. Это была высокая, пышная женщина с длинными кудрявыми волосами темно-фиолетового цвета, как и ее большие, сверкающие глаза. Ее кожа была темной, гладкой и безупречной, хотя она выглядела очень зрелой, лет сорока. Ее мантия была еще темнее, чем волосы, и облегала чувственное тело, будто была мокрой, подчеркивая каждую кривую ее массивной груди, твердых сосков, округлых бедер, рельефного живота и даже бугорок вульвы. Когда она дышала, ее хриплый голос прерывался, а грудь вздымалась. В ее явной усталости было что-то очень эротичное.
— Мне... мне нужна ваша помощь, — женщина была на грани слез. Ее тело дрожало, как при оргазме. — Я могу заплатить. Сколько угодно. — Она неловко развязала кошель и высыпала на стол целое состояние: золотые монеты и крошечные драгоценные камни.
— П-п-почему мы? — заикалась Пенни, ошеломленная не только невероятным богатством на столе, но и потрясающей красотой темнокожей женщины.
На самом деле, все в зале смотрели на пышную незнакомку голодными, похотливыми взглядами. Когда она наклонилась, чтобы показать золото, облегающая ткань мантии обрисовала изгибы ее большой попки, будто приглашая кого-нибудь оседлать ее. Бедные рыцари, нищие волшебники и отчаянные разбойники начали подбираться ближе к столу Вэл, их жадные глаза метались между соблазнительным телом женщины и ее тяжелым кошельком.
Озеро