спелые, сочные, упругие сисечки примерно второго размера с ярко-розовыми аккуратными сосочками.
— Может, спросим у них самих? - зло прорычал Энтони и швырнул Монтану на жёсткую землю боком, заставив её охнуть от боли.
Но Зоб возразил:
— Поверь, пока мы не ввели их в курс дела, открыв им рты, мы ничего кроме отборной брани, проклятий и угроз не услышим. Всё куда проще: пробьëм их по базе данных.
После чего достал смарт, полистал его немного и раскрыл имена амазонок.
— Монти, твою тварь действительно кличут Монтаной.
— Как созвучно: Монти и Монтана! - с насмешкой в голосе заметил Родной.
— Да вы просто созданы друг для друга! - весело добавил Зяблик и все охотники, кроме Монтевидео, дружно рассмеялись.
Он их за это возненавидел и, если бы была возможность, то перебил бы всех их прямо здесь и сейчас!
— Мою ляльку, - продолжал Зоб, - зовут Виолетта, а эту роковую красотку, разбившую сердечко нашему романтику Монтевидео - Лоис.
— "Ещё и глумится, гондон штопаный! - бесился в душе Энтони, - Мало того, что бросил на растерзание этой белобрысой твари, так ещё и смеётся! Ненавижу мразь! Всех ненавижу!... - его взгляд упал на Лоис, - Кроме неё... "
Пленниц раздели полностью и поставили в своеобразный треугольник спина к спине. На щиколотках, запястьях и шеях у них были надеты специальные обручи, с помощью которых их хозяева могли управлять их телами. Во рту у них по прежнему красовались полимерные автокляпы, позволявшие охотникам контролировать всю лицевую часть головы. Эти устройства не были запрещены Кодексом, но старые охотники как правило ими брезговали.
Энтони залюбовался Лоис. Всё, как он и хотел: самая невысокая из троицы амазонок, около ста семидесяти пяти сантиметров, но с такими же стройными ногами и широкими бёдрами, с упругой грудью второго размера, не совсем брюнетка, скорее темно-русая, немного курчавая, с кожей цвета топлëного молока и с глазами цвета майской зелени. А это миленькое, совсем не агрессивное, как у Виолетты, а тем более - Монтаны, личико! Взгляд Энтони упал на покрытый лëгкой тёмной растительностью лобок девушки и решил, что непременно лично его побреет. Ему нетерпелось узнать, как же жарко у неё там!...
— "Этот сопляк Зяблик хоть и является главным на неё претендентом, но распробовать её прелести здесь, на Амазонии, он мне запретить не сможет! - размышлял Энтони, - А потом я выбью из ублюдка всю дурь и он согласится на обмен, надо только остаться с ним наедине!... "
А Зоб, тем временем, начал проводить инструктаж, находясь напротив Монтаны и потихоньку двигаясь вокруг всей троицы:
— Вы что, думаете, мы проклятые пришельцы?!
Монтана с Виолеттой задëргались, замычали и выпучили свои милые глазëнки в знак согласия с предположением инструктора. Лишь Лоис вела себя спокойно. Её прекрасное личико выражало задумчивость, а не страх, ненависть, ярость или презрение.
Зоб продолжал:
— Глупые, глупые овцы! Вы не смогли распознать в нас архангелов, посланников богов!
Родной тоже подкидывал дровишек:
— Видно зря вас обучали мастерству амазонок! Вместо того, чтобы встречать нас с цветами и угощениями, вы набросились на дорогих гостей, словно дикие звери!
Зоб нагнетал:
— Вы грубо нарушили Законы Богов, убили двух архангелов и за это будете подвергнуты либо страшной казни, либо отрабатывать свои грехи в нашем рабстве!
— Боги милостивы и дают вам шанс, ослушницы!
— А сейчас мы освободим ваши поганые рты и вы можете молить нас о пощаде!
Для начала пленниц построили в одну шеренгу по росту: Монтана, Виолетта, Лоис. После чего автокляпы покинули их ротовые полости и переместились за уши.
На новой работе