плавно спустил трусики с ее ног. За все это время никто из нас не произнес ни слова.
Она выглядела потрясающе, стоя там обнаженной по пояс, с расстегнутой блузкой и лифчиком, свободно свисающим с груди. Я наклонился, подхватил ее под бедра и посадил на стойку.
Это застало Хелен врасплох - она ахнула, а затем захихикала. - Я и забыла, какой ты сильный, - прошептала она мне на ухо, когда я отпустил ее.
Затем я встал у нее между ног, и мы продолжили целоваться. Мои руки снова вернулись к ее груди. Она была очень возбуждена, с силой проталкивая свой язык мне в рот и выгибая навстречу мне свои груди.
Я снова наклонился к ее груди, взяв в рот сосок, и скользнул рукой в ее киску, которая уже была горячей и влажной. Я чувствовал сильный запах ее возбуждения. Я ни о чем не думал, а просто делал с ней все, что хотел. Сочетание моего рта на ее груди и моих пальцев у киски было таким, что она задыхалась.
Хелен издала горловой стон, когда я прикусил ее твердый сосок и скользнул двумя пальцами в ее влагалище, а она начала раскачивать бедрами взад-вперед, чтобы я вошел глубже. Я подтянул ее бедра к краю стойки, а затем наклонился и засунул свое лицо прямо ей между ног. Внезапно мне безумно захотелось полизать ее киску.
Она вскрикнула, когда я вонзил свой язык в ее влагалище, а затем я начал облизывать ее клитор, снова и снова. Мои руки все еще сжимали ее груди.
— Роб, о... Роб, это... ооо... - Она задыхалась, прижимаясь своей киской к моему лицу, и притягивая мою голову к себе обеими руками. Ее крики становились все громче и пронзительнее, пока я работал над ней. Я хотел довести ее до оргазма, и когда она кончила, я остался на ней, облизывая и посасывая, поглаживая ее языком, а она дергалась и подпрыгивала на мне, постанывая.
Наконец она оттолкнула мое лицо от себя и притянула меня к себе, чтобы поцеловать. Ее глаза были безумными, и она возбужденно засунула свой язык мне в рот.
Я отступил назад, скинул кроссовки и стянул штаны и боксеры. Мой член был нацелен прямо в ее лоно, как заряженное оружие, и я вонзил его прямо в нее, застонав от ее жара.
Мы сразу же начали жестко трахаться, но угол был неправильный, и я не мог войти глубоко. Я вышел и, не говоря ни слова, снова взял ее за бедра, когда она обхватила меня ногами, а руками за шею.
Слегка откинувшись назад, чтобы уравновесить ее вес, я отнес ее в гостиную и положил на ковер, где сразу же навалился на нее и снова вогнал в нее свой член.
— Оооо, - простонала она, когда я вошел в нее, и мы жестко трахнулись. Или, может быть, мне следует сказать, что я жестко трахнул ее, когда она обхватила меня ногами за талию и подтолкнула вперед.
— О... да... малыш... возьми меня... да, - ритмично выдохнула она, когда я врезался в нее. Я не был зол, но это был своего рода яростный трах, очень интенсивный, и без всякой утонченности. Она была горячей и очень влажной, а я был таким твердым, каким только может быть 50-летний парень. Мы трахались и толкались друг в друга. Я делал резкие, глубокие движения, и когда наступил мой оргазм, я вошел в нее так глубоко, как только мог, приподнявшись на цыпочки, чтобы толкаться. Толкаться в нее, наслаждаясь ощущениями. Это было самое далекое от занятий любовью - это был
СТРАШНАЯ МЕСТЬ