Правый глаз открылся. Я лежал на спине в тускло освещённой комнате, медленно вращавшейся. Справа дверь, в правом запястье капельница. На указательном пальце датчик кислорода. Значит, больничная койка. Жив. Трубки в горле нет, значит, скоро не умру. Осторожно пошевелил пальцами рук и ног, потянул руки и ноги. Всё двигалось, но болело то тут, то там, правое бедро — сплошная тупая боль. Голова ныла.
Открыл левый глаз. Карли дремала в кресле у кровати. За ней окно, ночь. Очень рад её видеть.
Попытался говорить, вышел хриплый выдох. Карли открыла глаза, улыбнулась: «С возвращением».
Прочистил горло: «Чёрт, как круто тебя видеть. Не пострадала?»
— Нет, — ответила она. — Было страшно до чёрта, но мы прятались в подсобке, пока копы не нашли. Тебя уже эвакуировали. Я отследила тебя по GPS на телефоне. — Сжала мою руку: — Ты был в операционной, когда я приехала. Вынули пулю из бедра, просверлили дырку в голове. У тебя сильное сотрясение от топтания толпой. Будешь ок.
— Хорошо знать, — сказал я. — Меня подстрелили?
— Ага, — ответила она. — Врач сказал, рикошет; пуля вошла боком, порвала бедро. Постоянного ущерба не будет. — Поднесла стакан с водой и соломинкой к моим губам, я отпил.
Огляделся, комната закружилась быстрее: «Сколько время? Долго я тут?»
Карли глянула на часы: «Почти восемь. Привезли около полудня, долго оперировали. Сначала из-за сотрясения, потом из-за пули». — Заплакала: — Чёрт! Ты чуть не погиб! Никогда бы не простила, тупой сукин сын!
Сжал её руку: «Прости. Тогда казалось хорошей идеей».
— Это была хорошая идея, — раздался голос от двери. — Ты спас кучу жизней. — Голос принадлежал высокой, симпатичной женщине в тёмном деловом костюме с миниатюрным золотым значком на лацкане. Подошла к кровати, опёрлась на поручень: — Я капитан Ян ВандерВурт, полиция штата Миннесота. Ты самый чёртов герой в истории штата.
Зажёгся верхний свет, невысокий мужчина со стетоскопом на шее протиснулся мимо копа: «Я доктор Линделл. Как самочувствие?»
— Будто слон сидит на ноге, — ответил я. — Голова кружится, кажется на два размера больше. — Левой рукой нащупал что-то вроде тюрбана: — Карли говорит, вы там дырку сверлили?
— Ага! — ответил он. — Тебя затоптала толпа. Шикарная коллекция синяков, минимум трое пнули по голове. Пришлось снять давление с мозга, лучший способ — просверлить и выпустить. Ты нормально соображаешь, речь и выбор слов в норме. Пару-тройку дней будет дезориентация, но будешь в порядке. Волосы отрастут, и следа не останется. — Проверил сердце и лёгкие стетоскопом, обходя провода ЭКГ на торсе. Посветил в глаза, велел высунуть язык: — Бедро покалечено пулей. Много крови, но артерии целы. Будет тугоподвижно, марафонская карьера под вопросом, но с физиотерапией и упражнениями к июню восстановишься. Кстати… — Сунул руку в карман, подал маленький пластиковый пакет: — Сувенир. Пуля. Подумал, захочешь.
— Спасибо, наверное, — сказал я. Взял пакет, разглядел деформированный кусок меди и свинца. Выстрелил тысячи таких из своего СКС на стрельбище. СКС использует тот же патрон, что АК-47. Пуля не впечатляла.
Линделл указал на Карли: «Можешь оставаться сколько хочешь. Если хочет спать, не мешай». — Указал на копа: — Десять минут. Не больше. — Вышел, выключив свет.
Капитан ВандерВурт улыбнулась: «Для ясности, — сказала она, — ни единого шанса, что тебя обвинят в преступлении в Миннесоте. — Произнесла ‘Миннесота’ как ‘Минасота’. — Знаем, ты носил скрытое оружие без разрешения, и нам плевать. Ты не стрелял в тех, кто не
В подвальчике Стальная труба (Перевод с немецкого)