и как это покалывало и ныло. Расскажу, как я чувствовала, как он двигался вверх-вниз посередине, дразня меня, становясь мокрым от меня, и как мое дыхание стало короткими вздохами.
Никто не сможет сказать, что вы делали за экраном. Только ты и он будете знать точно. А если он был пошлым и попробовал засунуть его в тебя по-настоящему? Ты расскажешь мне все потом, правда?
О, да, я расскажу, Деннис. Расскажу, как он смотрел на меня, глубоко в глаза, как я видела в его глазах потребность и страсть, едва сдерживаемые, умоляющие. И я расскажу… расскажу… Ох! Расскажу, что он тер его так близко, чуть надавливая, и как я посмотрела ему в глаза… И я расскажу, что… я только чуть…
…кивнула…
Ох! Да! Деннис! Расскажу, что это был лишь легкий кивок, и что Ох! Он засунул его внутрь, и я была Ох! такой мокрой, что он вошел до конца, и Ох! что он был больше тебя, но не лучше, просто иначе, и Ох! как тот стол трясся и скрипел этот бедный микрофон, и Ох! Как я крепко обхватила его попу ногами, и Ох! Мои руки сжимали его предплечья, и Ох! Расскажу, как он Ох! дал мне Ох! глубоко, и Ох! никто никогда Ох!
Стол рухнул, но парик остался, и она держалась за его руки. Он притянул ее к себе, ее руки обвили его шею, ноги обхватили спину, его руки скользнули к ее попе, его член пронзал ее снизу.
И я расскажу, Деннис, как сильно я кончила, и как он выстрелил глубоко во мне, и как было так много, что вытекало из меня вокруг его члена. И я расскажу, как режиссер крикнул «Стоп» и сказал, отличная работа, я могу использовать все до момента, когда стол сломался, и этого хватит для сцены. И как Муж повернулся к свету, поцеловал меня и мягко опустил, чтобы никто не видел, как мы распутываемся. Никто, кроме нас, не знает точно.
Гэри и Софи готовились к следующей сцене. Стол не сломался, болт просто выскочил. Хорошо, он был арендованным, и нужен для стола Банкира.
— Глянь-ка. — Гэри был достаточно близко к Софи, чтобы услышать ее шепот. Она указывала на пятно на полу. Небольшая лужица, блестящая и бледно-зеленая в этом свете. — Фу. Кажется, они реально это сделали.
Гэри был шокирован. Затем надел шляпу продюсера: еще одна проблема. — Принесу бумажные полотенца. Займись столом, ладно?
Она взяла картонный фасад и приклеила его скотчем к столу. Теперь тень выглядела как большой дорогой письменный стол. Стул, только что использованный в «кухне», получил похожую обработку: ПВХ в форме перевернутой U для подголовника, картон на боку, чтобы казаться мягким креслом. Другой стул она поставила на место, которое Гэри только что вытер.
Нэнси Карсон была в гримерке. Она все еще голая, ее палец погружался в киску, вытаскивая немного спермы, чтобы попробовать. Это твоя вина, Деннис, все эти поддразнивания, и ты так завел меня этой сценой. Знаешь что? Я расскажу тебе все. Расскажу правду. Расскажу все. И расскажу, как оставила его сперму внутри весь день. Но не скажу, пока ты не кончишь во мне первым. Никто никогда не узнает точно, кроме меня и его, и ты всегда будешь гадать, правда это или фантазия. И мне не придется лгать. Она улыбнулась.
Она вытерлась мочалкой, надела белье, платье и шарф. Проверила себя в зеркале; грим чуть смазался, но немного. Не растаял от жары или пота. Хорошо. Она подкрасила, поправила парик. Была готова, когда Гэри позвал Молодую Жену и Банкира на сцену.
Страстное желание