ознакомили с правом на молчание, обвинив в шпионаже, незаконном лишении свободы, покушении на убийство, мошенничестве, растрате (??) и огромном количестве других преступлений.
Когда два агента ЦРУ появились в квартире Саманты, их встретили ФБР, городская полиция, криминалисты и судмедэксперт.
Когда я вышел из каюты шкипера, шеф уже ждал меня и провел в столовую младшего состава.
"Шкипер не согласится, но мы считаем, что еда лучше. Да и ребята здесь больше в вашем вкусе. Слишком много студентов в офицерской среде".
Я ухмыльнулся. "Спасибо, шеф. Капитан в курсе?"
Он усмехнулся в ответ. «Он предложил это».
Вероятно, он был прав. Еда была великолепной, а кофе, вероятно, стопроцентной крепости. Я начал чувствовать себя человеком, насколько это было возможно, учитывая обстоятельства. Остальные матросы уступили нам место и улыбнулись в знак признательности. Шеф Гонсалес сидел со мной, попивая кофе.
"Шкипер рассказал мне немного о том, что произошло. Не настолько, чтобы убить меня, но достаточно, чтобы понять, что тебе нагадили". Он хихикнул, затем посерьезнел.
"Моя первая жена изменила мне примерно через 2 года после свадьбы. Она была латиноамериканкой, католичкой, и я считал ее любовью всей своей жизни.
Два из трех. Я был в своей первой компании и пришел домой, чтобы сказать ей, что мой рейс отменили. И застал ее в постели с придурком-измерителем расхода воды. Я выбил из него все дерьмо и вышвырнул голым на улицу. Я позвонил ее отцу, рассказал ему, что случилось, и попросил приехать за ней. Затем я ушел, вернулся на военно-морскую базу и сдался. Пришел начальник моей вахты, выяснил, что произошло, и уладил все с копами. Затем он зачитал мне акт о беспорядках. В дело вмешался JAG, добился аннулирования моего брака, и я отсидел некоторое время на гауптвахте. Мне разрешили восстановиться, и я отправился на Филиппины. Я решил стать профессиональным военным и никогда не оглядывался назад. Это второе лучшее решение в моей жизни".
"Затем, примерно через 8 лет, я был в церкви, и мужчина, женщина и молодая женщина подошли и сели впереди меня. Она была примерно моего возраста, среднего роста, блондинка, круглая, но не грузная, с симпатичными ногами. Когда мы повернулись, чтобы обменяться знаком мира, я упал в обморок. Она была великолепна. Оказалось, что она была полной моей противоположностью. Она была ирландкой и жила дома. Она была библиотекарем. После мессы я последовал за ними в церковный зал и завязал разговор. Она улыбалась мне, ее мать изучала меня взглядом, и если бы я не был в форме, думаю, ее отец убил бы меня. Прямо на месте".
Он снова хихикнул и улыбнулся.
"Оказалось, он был бывшим морским пехотинцем. Прослужил двенадцать лет, пока не был ранен и выписан по медицинским показаниям с целым алфавитом медалей. Она была младшей из шести детей.
"Мы встречались два года и прошли через два рейса, прежде чем поженились. Это было двадцать четыре года назад. Двадцать два года и четверо детей". Его глаза слегка затуманились, и он улыбнулся мне.
"Я выхожу на пенсию чуть больше чем через год, после тридцати двух лет службы. Она уже вышла на пенсию, и у нас есть дом на колесах. Она сказала, что хочет заняться сексом в каждом штате, прежде чем мы остепенимся. Надеюсь, я проживу достаточно долго".
«Лучшее решение, которое я когда-либо принимал».
Он посмотрел на меня. "Ну, хватит обо мне. Она где-то рядом, Майк. Не все они шлюхи. Найди ее и рискни еще раз.
«А теперь давайте подготовим вас к полету».
Что это было? Он ухмылялся так, будто знал все на свете.
Нежность