Прошло три месяца с тех пор, как мы с папой впервые встретились в "дыре славы", а он всё ещё ежедневно "наказывал" меня.
Я получала бесчисленные шлепки и обжигающие удары ремнём по голой попе, вместе с немилосердными наказаниями кожаным паддлом¹ моих бёдер спереди, выше коленок.
Иногда папа заставлял меня стоять, уткнувшись носом в угол гостиной, с задранной юбкой и спущенными до колен трусиками, чтобы он мог подрочить на мою задницу, не вставая с дивана.
Он заставлял меня отсасывать ему в самых разных местах, которые только можно себе представить. Иногда он повелительно прикрикивал на меня, чтобы я сбегала и принесла ему "Криско²" - для того, чтобы он мог смазать мои огромные сиськи пятого размера и трахнуть их для собственного удовольствия.
Оседлав меня, лежащую на спине, облапив и грубо сжимая мои дыни, он таранил их своим здоровенным хуем, не забывая время от времени отвешивать мне пощёчины, плевать мне в лицо и называть бесстыжей шлюхой во время этого сиськотраха.
Однако чаще всего папины наказания проявлялись в виде анального секса. Его очень мало интересовала моя юная тугая пиздёнка, если только он не вылизывал её, что случалось нечасто.
Нет, папочка решил, что моя круглая и упругая, как мяч, попка принадлежит ему, и что самый лучший способ преподать мне урок - это жёстко оттрахать меня в задницу. Для твёрдого закрепления такие уроки должны были проводиться на постоянной основе, поэтому экзекуция безжалостным жопотрахом в эти три месяца многократно повторялась.
В конце концов, я была единственной дочерью моего строгого отца, и мне только-только исполнилось 18 лет. А значит, мне предстояло усвоить ещё много, очень много уроков.
*******
Утренние упражнения на свежем воздухе
В этот ясный, солнечный день папа заставил меня перегнуться через низкий капот своей спортивной машины в гараже и пальцами медленно смазывал щель между ягодицами и анальную дырочку кокосовым маслом.
Я была одета в футболку и джинсы, которые были спущены вниз ровно настолько, чтобы обнажить мою откляченную и задранную вверх попку. Папочка собирался ебать меня так, чтобы держать мои выпрямленные ноги вместе - это был мой самый любимый способ траха в зад.
Ворота нашего гаража были подняты, и с того места, на котором мы расположились, можно было видеть какую-то активность по соседству и вообще происходящее на улице.
Из-за яркого солнца снаружи нас, полускрытых в гаражной тени, не было заметно сразу, хотя, если бы кто-нибудь пригляделся повнимательнее, то увидел бы, как их сосед средних лет энергично трахает свою дочь-подростка, полулежащую на капоте собственной машины.
Папочке нравился этот элемент опасности. С каждой неделей он становился всё более и более смелым в нашем эксгибиционизме. Думаю, отец хотел, чтобы все его закадычные друзья-извращенцы знали, как он использует тугое, грудастое тело своей дочери.
Папа сжал мои намазанные маслом, налитые нижние полушария, и некоторое время трахал щель между ними, проскальзывая горячей головкой и длинным стволом снизу вверх, и подбрасывая при этом меня так, что ступни отрывались от пола.
Затем он отстранился, всего на пару мгновений, и тут же вонзил свой почти тридцатисантиметровый хер в мою маленькую попку.
Конечно же, я взвизгнула - но не только от боли, а ещё и от смешанного с ней удовольствия; это бесцеремонное вторжение всегда было моим любимым моментом.
И вот - я почти что слышу такой знакомый влажный "чпок", когда его здоровенная залупа по-хозяйски пропихивается внутрь, преодолевая сопротивление тугого анального кольца и проникает глубоко в прямую кишку, раздвигая мой узкий, но довольно эластичный задний канал.
Папа начал трахать мою попку длинными, мощными ударами. Он вытаскивал свой толстый, распиравший мою дырочку, кол почти до конца, а затем
Мои развлечения на заводе - 3. Часть 1.