поднял ее лицо, заставил посмотреть на себя. – Я не подведу. Никогда. Ты моя. Навсегда. И я... твой. Весь.
– Навсегда, – повторила она, и в этом слове была клятва. Она поцеловала его в губы – нежно, долго, без страсти, но с бесконечной нежностью. – Даже если это только утро... или только этот секретный пляж... Я чувствую, что это... начало. Настоящее начало чего-то... огромного.
– Это начало всего, Насть, – сказал Стёпа твердо, глядя в синее, безоблачное небо над соснами. – Нашего всего. И таких утр... будет еще много. Обещаю.
Они лежали молча, прислушиваясь к плеску воды, к пению птиц, к биению их сердец, постепенно успокаивающихся. Усталость снова накрывала их, но теперь это была сладкая, заслуженная усталость, пропитанная доверием, страстью и робкой, но невероятно прочной надеждой. Утро на их секретном пляже подарило им не только невероятную близость, но и ключ к чему-то гораздо большему. И они оба это знали.
Марионетка