поглотить всю ее. Затем они каскадом обрушились на ее ягодицы и сжали две спелые булочки в животном хвате. Из горла Алины вырвалось приглушенное «Аххх!», и тогда ее ладони схватили меня за задницу. Я небрежно провел кончиком языка по ее подбородку и губам, провоцируя на дальнейшие действия. Алина бросилась, чтобы укусить меня за шаловливый язык, но я успел ее схватить, убрать с ее шеи волосы и, словно вампир, укусить ее. Я присосался к точке, где ее шея переходит в плечо, и через пару секунд оставил засос. Тогда я обхватил губами мочку ее ушка, а ладонью схватил ее за грудь. С прошлого года ее фигура успела немного округлиться, но в остальном остаться прежней.
В ответ на мой жест Алина провела ладонью по моему паху и нащупала топорщившийся элемент. Она потерла его немного, дожидаясь Джина из бутылки, но в тот момент я подцепил краешек ее футболки и сорвал ее с Алины, оставляя ее топлес. Не успела футболка упасть на пол, а мой взор был прикован к ее аккуратной груди и двум соблазнительным соскам. Около года прошло с тех пор, как мы виделись в последний раз. Внимание моего языка и губ переметнулось к ее груди, но и Алина не теряла времени зря – она ослабила мой ремень и стала стягивать с меня джинсы. Понимая, что финал неотвратим, я подхватил Алину на руки и коротко спросил ее: «Куда?».
Мы ворвались в зал, где стоял письменный стол, фортепьяно и диван, на котором спала Алина. На него мы и приземлились, на ходу снимая друг с друга оставшиеся предметы гардероба. Едва Алина осталась без лосин, я окинул искушенным взглядом ее точеные ножки, сладкие булочки, скрытые за трусиками в стиле танго, и прикрытый ими же лобок. Прежде чем оставить ее без последнего элемента, отделявшего ее от потери девственности, я заключил Алину в горячие объятия – поцеловал ее плечи, грудь, животик, а затем, не повторяя ошибку большинства парней в постели с девственницей («А ты уверена, что хочешь?», «Ты не передумала?», «Точно-преточно?»), стащил ее голубые танго с бледной кожи. Алина последовала за мной и оставила меня без трусов, с нескрываемым интересом разглядывая розовую головку, направленную на нее.
Ее лобок был по-прежнему ухожен – аккуратный треугольничек показывал направление, куда мне нужно стремиться. Я спустился к ее половым губкам и провел между ними кончиком языка. Алина была смущена, ведь в тот раз мы делали это под покровом ночи, а сейчас она была, как на ладони. Я не стал ее долго смущать: забрался повыше, чтобы кончик члена был устремлен в ее пещерку, раздвинул бедрами ее ноги и, правив агрегат по адресу, накрыл ее собой плавным движением. Я почувствовал, как мой друг целеустремленно миновал тонкую преграду и оказался в теплой знакомой среде.
Алина смотрела в мои глаза, когда я входил, и, почувствовав боль, прикрыла глаза и едва слышно вскрикнула. Я не торопился входить вновь и позволил себе наполнить ее, слиться с ее естеством. Алина снова открыла глаза и посмотрела мне в глаза. Я склонился губами к ее лицу и нежно поцеловал. Она обвила руками мою шею и вновь занялась моими волосами. Тогда я слегка отвел таз назад, не покидая ее лоно полностью, и погрузился в нее вновь. Теперь сквозь ее губы раздался легкий стон. Я был на правильном пути.
Мы продолжали это медленно и тактично. Пока я наполнял ее собой, мы ласкались и гладились. Алине пришлись по вкусу мои волосатые предплечья – она держалась за них, как за гарант своей
Моя Прошлая Жизнь