Я, взяв её бросила на кровать и накинув халат завернулась ещё в плед и села возле печи. От неё так шло тепло, что я вскоре начала согреваться. Минут через пять мама принесла чайник с горячей водой, и я, налив её в таз опустила в неё свою попу, чтоб ладом согреться и не подхватить простуду. Я часто так делала зимой, когда попадала в такие переделки по собственной дурости или ещё чего. Вскоре зашёл отец и хотел было взять шубу чтоб повесить, но увидев пуговицы, он сказал.
— Хорошо, что хоть не сняли в автобусе шубу, а то как бы до дома дошла бы. – и он, окинув меня взглядом улыбнулся. Понял он, что я сама отрезала пуговицы или нет, я не знаю, но уж больно ироничная была у него улыбка.
Вскоре мы все сели за стол, и я тоже пошла, закутавшись в халат. Я уже согрелась, но ещё не совсем. Мы сидели и разговаривали, а потом пили горячий чай с мёдом.
радость моя.ревнивая.