убежденной лесбиянкой, носившей фланель даже летом. Эта Мелоди была в одном-единственном платье без бретелек. — Я бы сказала, Картер. Он… он мужик.
Девушки согласно кивнули.
В комнату отдыха вошел мужчина. Холли оценила его. Хорошие туфли. Борода. Высокий, может, даже 6’2", с легким намеком на животик. Позже она узнала в нем Люка. Она была его руководителем. Он был под ней. Нет, это неправильно. Она должна быть под ним, на диване или столе.
— Дамы, — ухмыльнулся он.
— Привет, Люк, — пропела Мелоди. Кэтрин бы ответила, но она уже впилась в датскую булочку, сжимая в руках по соку в коробочке.
— Холли, — сказал Люк. Он улыбнулся ей. Он работает на тебя, напомнила себе Холли. Колени подкашивались. Он был свободен, улыбался ей, зарабатывал кучу денег, и, наверное, у него был огромный член… Нет. — У тебя как раз то, что мне нужно.
О боже, он хотел минет. Он хотел, чтобы она встала на колени перед всеми и засунула его член себе в рот, все шесть, девять или двенадцать дюймов, наверное, двенадцать, пока у нее в носу не застрянут лобковые волосы. А потом он бы трахнул ее в рот прямо здесь, в комнате отдыха, понижая и понижая в должности, пока она не станет просто тряпкой для спермы. Ее колени начали сгибаться.
— Обожаю этот кофе. Спасибо, дорогая. — Он протянул чашку, и она налила почти до краев. Он сделал довольный глоток. — Потрясающе. А сливки есть? — Люк небрежно потрогал ее грудь. Холли вздохнула с облегчением. Он просто хотел ее потискать. Ну, слава богу. В этом нет ничего плохого. Остальные девушки смотрели с явной завистью.
— Пока нет, — бодро ответила она, подмигнув.
— Ну, дай знать, это единственное, чего не хватает, — Люк удалился.
Они смотрели ему вслед. Они были ходячими провалами теста Бектел, подумала Холли в редкий момент затуманенной ясности. Даже наедине они могли говорить только о мальчиках.
— Тебе повезло, — наконец сказала Кэтрин.
Холли посмотрела на нее. — Вот что бывает, когда ты что-то значишь для компании. И я та, кто варит кофе.
Лидия, скорее всего, не была в своем кабинете.
Мира попала в свой офис раньше всех. В конце концов, она решила проблему с лифтом, поднявшись по лестнице, в одиночку, ругаясь и вытирая пот, который, казалось, выходил из пор вместе с остатками глазури. Это было почти болезненно — пять этажей, пот, тяжелое дыхание, ощущение, будто она, толстая дура, тащит вверх по лестнице пару неудобных сисек. Но она справилась. А Лидии не было — она не входила и не выходила из офиса.
Самым показательным было то, что она не слышала этого влажного жужжания на грани слуха. Странно было думать, что ее начальницы нет, потому что она не мастурбирует в кабинете. Но так оно и было.
Тодд вошел, прошел прямо в свой кабинет и закрыл дверь. Мира еще не вышла, чтобы что-то ему сказать. По крайней мере, не потная и красная от лестницы.
Кей… была в полном отключке, закинув ноги на стол. Девушка была в забавных шортах и ярко-зеленых сандалиях. Они выглядели отлично, наконец-то освободившись от шерстяных брюк. На ней была рубашка с воротником, хотя и почти прозрачная, бежевого цвета. Девушка сосала гигантский леденец на палочке, а на пальцах у нее было еще три. Похоже, она смотрела ютуб-туториал, как наносить макияж в стиле современной гейши.
Пришло время.
Мира вышла из своего кабинета, повернулась, незаметно открыла дверь Лидии и вошла.
Это было так просто.
Она села в кресло Лидии. Оно было больше ее собственного. Кресло, заслуженное десятилетиями качественной юридической работы, пока
Первый раз (Начало)