словно признавая его авторитет. Он был крупным, с широкими плечами и тяжёлым взглядом. Его смуглая кожа блестела в тусклом свете, а в чёрных глазах читалась властность, граничащая с жестокостью. Он медленно подошёл ко мне, оглядывая с ног до головы, словно оценивая товар.
— Никто в неё не кончал? — спросил он, его голос был низким, с лёгким акцентом, который делал его ещё более угрожающим.
— Нет, Ахмед, — торопливо ответил один из парней, тот, что держал меня за волосы. Он отпустил меня, и я чуть не упала, цепляясь за край капота машины, чтобы удержаться на коленях.
Ахмед кивнул, и его взгляд задержался на моих трусиках, которые всё ещё держались на бёдрах. Он сделал шаг вперёд, и я услышала, как он расстёгивает ремень. Звук молнии резанул по ушам, как выстрел. Его руки легли на мои бёдра, и я почувствовала, как его пальцы с силой сжимают мою попку, оставляя красные следы на коже. Он рванул мои трусики, и тонкое кружево разорвалось с треском, обнажая мою киску. Я вздрогнула, пытаясь сжать ноги, но он грубо раздвинул их, ставя меня в ещё более уязвимую позу.
— Пожалуйста... не надо, — прошептала я, но мой голос был едва слышен.
— Заткнись, — бросил он, и его рука сжала мою талию, прижимая меня к капоту. Холодный металл обжёг кожу, и я задрожала, чувствуя, как моё тело предаёт меня, покрываясь потом несмотря на холод.
Я услышала, как он сплёвывает, и через секунду почувствовала, как его член, толстый и твёрдый, прижимается к моему входу. Его головка была горячей, скользкой, и он не стал тратить время на прелюдии, вонзившись в меня одним резким движением. Боль пронзила меня, как раскалённый нож, и я вскрикнула, вцепившись пальцами в капот. Моя киска, ещё чувствительная после утреннего секса с Антоном, не была готова к такому грубому вторжению. Его член растягивал меня, заполняя до предела, и каждый его толчок отдавался болью внизу живота.
— Нежная шлюха, — заржал Ахмед, и его голос эхом разнёсся по боксу. Остальные подхватили его смех, их голоса слились в издевательский хор. — Что, не привыкла к настоящим мужикам?
Я стиснула зубы, пытаясь не кричать. Его движения были беспощадными — он вбивался в меня с такой силой, что мои бёдра ударялись о край капота, оставляя синяки. Моя киска пульсировала от боли, но я чувствовала, как моё тело невольно реагирует, выделяя влагу, что только усиливало моё унижение. Его руки сжимали мои ягодицы, раздвигая их, и я слышала, как он хмыкает, явно наслаждаясь моим беспомощным состоянием.
— Смотри, как течёт, — бросил он своим дружкам, и они снова загоготали, снимая всё на телефоны. — А ты говорил, что она целку строит!
Я закрыла глаза, пытаясь отгородиться от их голосов, от их смеха, от боли, которая разрывала меня изнутри. Мой разум цеплялся за образ Антона, но его слабые стоны только усиливали моё отчаяние. Я не знала, сколько времени прошло — минуты казались часами. Наконец, я почувствовала, как Ахмед напрягся, и через мгновение горячая сперма хлынула в меня, заполняя мою киску. Она была горячей, липкой, и я ощутила, как она стекает по внутренней стороне моих бёдер, оставляя мокрые дорожки на коже.
Он вышел из меня, и я рухнула на капот, задыхаясь от боли и унижения. Моя киска горела, а тело дрожало, словно в лихорадке. Я слышала, как Ахмед застёгивает брюки, и его голос, полный насмешки, снова разрезал тишину:
— Хорошая дырка. Жалко, что муж твой такой слабак.
Я попыталась подняться, но мои ноги не слушались. Кто-то из
Первое разочарование.