бы сорвать выплату алиментов. Если меня уволят, она останется ни с чем.
Я сидел там некоторое время, пытаясь решить, что делать. Мне пришлось связаться с Эллен, чтобы заставить ее отступить. Я мог бы позвонить Флинну Коннеру, но потребовалось бы время, чтобы найти способ заставить ее оставить меня в покое. Ничего не оставалось, как позвонить ей. Я взял пива, разложил кое-какие закуски, чтобы закусить алкоголь, и выпил еще пару, чтобы набраться храбрости. Я был слегка навеселе, но все еще трезв, когда позвонил.
— Привет? Кто это?
— Это я. Парень, чьему боссу тебе пришлось позвонить, чтобы устроить мне неприятности. Какого черта ты это сделала? Ты что, хочешь, чтобы меня уволили в первый же день на работе? Ты что, не понимаешь, что рискуешь своими будущими алиментами?
— Спенсер, пожалуйста. Я сходила с ума, не зная, где ты. Ты ушел до того, как у нас появилась возможность о чем-то поговорить. Ты не дал мне возможности объясниться.
— Заткнись, блядь, с объяснениями. Я точно знал, что ты собираешься сделать, и ты тоже. Объяснять было нечего. Ты собиралась трахнуться с ним, и мы оба это знаем. Так еще раз спрашиваю, какого черта ты звонишь моему боссу?
— Спенсер, ты все неправильно понимаешь. Я всего лишь пыталась заставить тебя ревновать. Я не собиралась...
— Эллен, я сейчас повешу трубку. Ты не можешь перестать врать или обманываешь саму себя. В этом браке уже некоторое время были проблемы, и теперь мы оба знаем почему. Ты хотела большего, чем я тебе давал, и нашла способ пойти и получить это. Что ж, на меня не рассчитывай. Я не хочу участвовать в этом и не хочу быть частью тебя. Оставь меня в покое, поняла?
Нет, Спенсер. Я не собираюсь оставлять тебя одного. Мне все равно, что ты думаешь, и я не уйду без борьбы. Я сказала это однажды и скажу еще раз. Ты ошибаешься на мой счет.
— Прощай, Эллен. Не звони мне больше.
С этими словами я повесил трубку. Она не знала, где я остановился, и все, что у нее было, - это мой номер телефона, поэтому я выдернул вилку из розетки. Это должно было на какое-то время вывести меня из игры. Я должен был привести дела в порядок, и мне нужно было побыть одному, чтобы сделать это. Я решил позвонить Флинну завтра и попросить его начать разбирательство и посмотреть, сможет ли он ускорить его. И, может быть, издать запретительный судебный приказ в отношении Эллен? Стоит подумать.
Итак, на следующий день я первым делом позвонил Флинну и попросил его взяться за дело. Я хотел уйти, и как можно скорее. Он сказал мне, что подал документы в понедельник, как мы и договаривались, но что это займет не менее 180 дней, даже при разводе без вины виноватых. Если Эллен откажется сотрудничать, это может занять больше времени. Но он был готов. Я упомянул о судебном запрете, но он только рассмеялся и посоветовал забыть об этом.
За следующие три дня мне удалось многое сделать. Я встретился со всеми инженерами-строителями, большинством субподрядчиков, провел время с проектировщиками и архитекторами. Мы подготовили и проверили своевременность выполнения нескольких проектов. Я был в своей стихии, и все шло хорошо. Вечером я включил телефон на достаточное время, чтобы проверить сообщения, и просто стер их от Эллен. Время шло, и все наладилось.
Обычно по вечерам я так уставал, что засыпал спокойно и без сновидений. Я верил, что моя жизнь снова наладилась. Завтра была пятница, и вечером после работы я встречался с риэлтором. Пришло время
Знал бы Пушкин