Но на моих руках нет крови советских людей. Я проводником собак служила. - поспешила заверить нас черноволосая девушка, всё ещё думая, что она находится в плену у партизан.
— Да нам по фигу, убивала ты или нет? Мы не партизаны, а гости из будущего. Из тысяча девятьсот девяносто второго года. А там в нашем времени нет немцев и нет партизан с красноармейцами. Мы вообще живём при капитализме, а "красных " скинули как уже год. - поспешила успокоить девушку тётя Люда, которая питала к пленнице определенную симпатию.
— Саш, покажи ей наши документы. А то она не верит. - попросила мужа Людмила Ивановна, зная, что все ценные вещи, деньги и документы он не оставил в лагере у реки, а взял с собой в поход на остров.
Эта Оля, естественно, не поверила в гостей из будущего и таращила на нас глаза, думая, что мы её разыгрываем.
— Вот смотри, если не веришь. Мы тоже поначалу сомневались, когда к вам в сорок второй год попали из девяносто второго. - муж тёти Люды вытащил из рюкзака все наши документы и показал им Ольге в развернутом виде.
— Ничего себе! А я раньше читать любила, у нас дома большая библиотека была. Я ведь из дворянской семьи и до войны жила в Москве на Красной Пресне. И зачитывалась Жюль, Верном и разного рода фантастикой. Но не думала, что подобное существует в реальности. - сказала Оля, изучив внимательно наши паспорта и увидев на них символы царской власти, двуглавых орлов и триколор.
— Так мы, выходит, земляки с тобой, Ольга. Вся наша группа из Москвы, но только мы в Измайлово живём. - сказал дядя Саша, вытряхивая из жестяного цилиндра с надписью " Pervitin" в ладонь крупные таблетки, похожие на аскорбиновую кислоту, которую продают в аптеке.
— Так это же немецкая наркота. Я такую у фрицев в офицерском клубе в Локте видела. Откуда она у вас? - удивлённо спросила девушка, увидев в руках у дяди Саши знакомые таблетки.
— Блиндаж, в котором мы сейчас находимся, раньше в войну принадлежал твоим сослуживцам из "РОНА". Они сейчас вон за той дверью мертвые лежат, от них скелеты одни остались. В это трудно поверить, но с сорок второго года прошло уже полвека. Мы сюда попали чисто случайно, ища укрытие от грозы, и в результате очутились в прошлом. - объяснил девушке дядя Саша и для большего понимания сходил и открыл дверь в стене, ведущую в спальное отделение, а там на нарах лежали скелеты в немецкой форме с повязками " РОНА" на рукавах.
— Мы сейчас все эти таблетки примем, чтобы нам в наше время попасть. Я тебя уверяю, Ольга там значительно лучше, чем ты жила до войны при Сталине. - дядя Саша протянул девушке таблетку, но та не решилась её взять, смотря на нас.
— Не бойся, Оля. Мы не собираемся тебя травить. Ты нам еще пригодишься. Эти таблетки делают окружающий мир прекрасным и облегчают жизнь. - тётя Люда первой взяла таблетку с первитином с ладони мужа и отправила её в рот.
За ней последовали остальные, включая сидящих на полу раненых Леночку и мою мать.
— Да я не боюсь. Просто нам говорили, что от них плохо бывает. Но, может быть, нарочно. - сказала девушка, беря последней таблетку с ладони мужа тёти Люды, отправляя её к себе в рот.
— Глазам не верю. Не ужели, так раны могут быстро заживляться! - воскликнула моя мать, сидя на полу, рассматривая свою ногу.
А там вместе сквозного пулевого отверстия остался лишь
Cтюардесса