серьезно относился к своему предмету и требовал того же отношения, от учениц. К счастью, из-за ограниченных умственных способностей, он никогда бы, не стал светочем церкви. Все что требовалось, для успехов, по его предмету — зубрить учебник. Это было даже полезнее, чем присутствовать на уроке, поскольку батюшка, никак не попадал, под латинский афоризм: «Ясно мыслящий — ясно говорит». Но в этот раз попа слушали с интересом. Слишком уж животрепещущая была тема — грехопадение. Большинство девиц, уже давно прочитали соответствующее место, из Ветхого Завета и имели какое — никакое представление о том, что произошло между Адамом и Евой, после съедения пресловутого плода, оттого откровенно потешались, над попытками Батюшки Антония изложить существо дела, обходя щекотливые вопросы. Поп понимал, что над ним смеются, и понемногу свирепел, набрасываясь на гимназисток, за самые ничтожные нарушения дисциплины.
Когда Батюшка в изложении библейской легенды дошел, до того места, где Адам и Ева устыдились своей наготы и прикрыли ее фиговыми листьями, Ольга невольно подумала: «Ну, если Адам был похож внешностью на вас, то, пожалуй, ему и вправду следовало стыдиться». Мысленно представив себе рядом обнаженных красавца Адама и Батюшку Антония она не смогла вовремя спрятать улыбку и это ее сгубило.
— Куркина, что я сказал смешного? — раздался на весь класс поповский козлиный тенор.
— Нет, ничего, Батюшка, — попыталась скромно ответить Ольга. Но поп взялся, за нее всерьез:
— Нет уж, вы все-таки потрудитесь ответить, что смешного вы могли найти в истории грехопадения.
Ольге срочно требовалось что-нибудь соврать, но так, чтобы не нанести попу личного оскорбления.
— Ну, я подумала, что в райском саду было очень тепло, раз Адам и Ева ходили там голыми. А раз так, то они должны были соорудить, какие-нибудь головные уборы, чтобы им солнце не напекло голову. Я представила себе Еву голую и в шляпке с вуалью, и меня это рассмешило, — попыталась закончить Ольга, как можно смиреннее, — простите меня.
Последние слова Ольги потонули в смехе других учениц. Нарисованная Ольгой картина всем показалась, очень забавной. Точнее сказать, всем, кроме попа. Он разошелся по-настоящему и до конца урока говорил, насколько важна, для девушки скромность и богобоязненность. А против Ольгиной фамилии в классном журнале вырос красавец лебедь в виде «2».
Во всей этой истории самым плохим было то, что до конца недели не было никакой возможности исправить эту двойку и, следовательно, предстояло неминуемое объяснение с родителями, по этому поводу.
Глотающая слезы Ольга в гимназии знала, только одного человека, который мог дать дельный совет на этот случай. Как всегда после уроков, Надежда Ивановна работала у себя в кабинете. Со слезами на глазах Ольга подсела к ней рассказывала, о случившемся. Надежда обняла ее, и Ольга вдруг почувствовала себя легко и уютно, как в детстве. Она даже опустила голову Надежде на колени.
— Да, Батюшка наш, конечно, выдающийся в своем роде тип. Я тебе открою секрет: «У нас его и учителя не переносят на дух в буквальном смысле».
— Это вы точно заметили, что от батюшки исходит дух, но не святой, а какой-то… несвежий.
Надежда фыркнула. Вслед, за ней улыбнулась и Ольга.
— Несвежий святой дух — это хорошо сказано. Надо будет запомнить.
Ольга, уже не плакала. Этой небольшой насмешки, над обидчиком оказалось достаточно, чтобы Ольга перестала воспринимать случившееся, как несправедливость. Мол, чего стоит мнение такого субъекта?
— Ну вот, видишь, слезы твои мы уже высушили, теперь нужно придумать, что сделать с двойкой, — рассуждала вслух Надежда. Внезапно они обе услышали, как во входной двери поворачивается ручка. У Ольги, уже не осталось времени принять
Бедная Аня