я сказал. Цену тебе назначу я. Первый выездной. К дяде Оганесу. Он тебя уже давно ждёт.
Он швырнул деньги на стол рядом с красным тряпьём.
— Сначала аванс. На косметику. Чтобы не пугать клиентов своим помятым видом. Ты же не для себя стараться будешь теперь. Ты — лицо моего бизнеса. — Он усмехнулся своей шутке.
Я молча смотрела на купюры. Они пахли им. Цена моего падения была вот так вот, осязаемо, разложена по столу.
—Что-что? — он приставил ладонь к уху, делая преувеличенно внимательное лицо.
— Не слышу, функция. Как ты там со мной разговариваешь?
—Спасибо, хозяин, — я вынудила себя сказать громче, чувствуя, как горит лицо.
—Не за что, шалава, — он снисходительно кивнул.
— Работай хорошо — ещё заработаешь. На новые трусы для сыночков. — Его взгляд стал колким.
— Кстати, о сыночках. Они в курсе, чем мамаша ночами бабки зарабатывает? Или все думают, что ты Золушка?
Я потупила взгляд, сжимая край стола до побеления костяшек.
—Нет... Они не знают.
—А хочешь, расскажу? — он наклонился ко мне, его дыхание пахло кофе и чем-то кислым.
— Приглашу их на твоё первое выступление. Пусть погордятся мамкой. Видят, какая у них шлюха-молодец, все мужики района довольны.
Внутри всё оборвалось. Холодный ужас сковал меня. —Нет... пожалуйста... не надо...
—А что? — он притворно удивился. — Стыдно? А сосать у всех подряд на районе — не стыдно? А на моём хуе трястись — не стыдно? Стыдно перед детьми? — Он громко рассмеялся. — Да они уже давно всё поняли, глупая ты баба. От запаха моего от тебя воняет на весь подъезд. Они же не слепые. И не глухие. Особенно старший. Умный пацан. Всё видит. Всё знает. И молчит. Потому что понимает — мамка нашла наконец-то своё призвание. Каждое его слово било точно в цель, разрывая на куски последние остатки иллюзий. Возможно, он был прав. Возможно, Эдик всё знал. Поэтому игра в достоинство возможно проиграна
— Так что расслабься, — он похлопал меня по щеке, уже почти ласково. — Всё уже случилось. Осталось только привыкнуть и получать от процесса удовольствие. А я тебе в этом помогу.
Он взял свой телефон, пролистал что-то и показал мне экран. Там был чат с кучей непонятных ников и похабными картинками.
—Смотри, сколько. Уже пять заявок. Все хотят попробовать новенькую. Вернее, ту, которую все давно хотели, но боялись. А теперь не боятся. Потому что я разрешил.
Я смотрела на эти сообщения, на эти циничные оценки моего тела, на предложения цен. Я была товаром. Распродажей.
— Так что, — он сунул телефон в карман. — Готовься. Вечером первый клиент. Дядя Оганес. Он тебя с прилавка помнит. Говорит, у тебя сиськи самые красивые в округе. Так что поработай с ним хорошо. Он заплатит хорошо. А если понравишься — приведёт друзей. Он подошёл к двери, чтобы уйти, но на пороге обернулся.
—И да... — его взгляд стал твёрдым, без намёка на шутку. — Никаких отказов. Никаких «не хочу» и «не буду». Клиент всегда прав. Что скажет — то и делаешь. Поняла, моя сучка?
Я стояла, прижавшись к столешнице, не в силах пошевелиться, и кивнула. —Да, хозяин. —«Да, хозяин, я всё поняла, я ваша шлюха и буду делать всё, что скажут», — поправил он меня. —Да, хозяин, — я повторила, как автомат, — я всё поняла. Я ваша шлюха. И буду делать всё, что скажут.
Он удовлетворённо хмыкнул и вышел, оставив меня наедине с деньгами.
Я вышла из вонючей квартиры Алихана и между ног всё ещё тепло и липко
Под окном у тещи