открыла дверь и увидела своего жениха с дюжиной роз в руке. Она видела, как его челюсть отвисла, а затем розы упали, словно в замедленной съёмке. Он смотрел на воплощение своих сокровенных фантазий. Кэндис была в обтягивающем виниловом топе без бретелек, демонстрирующем новый пирсинг в пупке и временную татуировку хной, обвивающую её верхнюю часть руки. Её лицо было густо накрашено: глаза с тёмной подводкой, губы, накрашенные в форме лука Купидона. Обувь — туфли на шпильках в пять дюймов, а ноги тянулись вверх к микро-мини из блестящего чёрного пластика. Билл откуда-то знал, что под ним нет нижнего белья.
«Почему бы тебе не войти», — сказала она, скользя к обеденному столу. Когда Билл закрыл дверь, перед её лицом вспыхнуло пламя, она закурила длинную белую сигарету Virginia Slims. «И снимай штаны».
«Что происходит?» — заикаясь, спросил Билл. — «Я пришёл извиниться... кончить нашу...»
Она выпустила длинную, роскошную струю дыма в воздух. «Ты ещё не кончил пока, Билл. Но ты кончишь».
Она затушила сигарету и подошла к нему. Он стоял, парализованный. Тёмные длинные ногти потянулись к его ширинке. Он почувствовал, как она стягивает его брюки. Затем его отвлекло удовольствие от её накрашенных губ, скользящих вверх и вниз по его набухшему члену.
Он кончил с большей силой, чем когда-либо, горячие струи брызнули ей в рот. Кэндис жадно глотала, наполненная внутренним жаром. Когда всё закончилось, он пошатнулся, ошеломлённый силой оргазма. Он посмотрел на неё сверху вниз, на её яркий макияж, шпильки, пирсинг и вскоре снова возбудился. Она приподняла мини-юбку, словно приглашая.
Он трахал её яростно, сзади, и когда она стонала, он бил сильнее. Были ли стоны от боли или удовольствия, он не знал и не заботился. Всё, что знал Билл, — это была его женщина, и сейчас его женщина стала его шлюхой, а шлюха существует только для удовольствия своего мужчины. Думая об этом, он кончил. А когда излился в нее, лёг навзничь и велел своей шлюхе вылизать его член языком. И она это сделала.
Позже, закончив работу языком, она легла рядом с ним. Её вагина приятно ныла, и Кэндис поняла, что чувствует себя удовлетворённой. Больше, чем удовлетворённой. Полноценной. Впервые она осознала, чего не хватало в их любовной жизни, и наконец почувствовала, каково это, когда вся страсть Билла направлена на неё.
«Билл», — сказала она. — «Если ты не против, я хочу уволиться на месяц раньше и переехать к тебе. Следующие несколько недель я буду твоей... девушкой мечты».
«А как же юридический колледж?» — спросил он.
«О, я всё равно пойду в колледж», — мечтательно ответила она, положив руку на его мужское достоинство. — «Но в следующем месяце позволь мне воплотить твои фантазии в реальность».
Его мужское достоинство встало, показывая согласие с её планом.
Часть II
Когда Кэндис вернулась в салон, она была рада видеть улыбающееся, накрашенное лицо Марии. Мария понимала, что она делает, через что проходит и поможет ей стать влажной мечтой Билла.
«Мария, я решила, что хочу выйти на следующий уровень. Что ты предлагаешь?» Оказалось, у Марии было множество предложений. Они обсудили это, и наконец Кэндис кивнула. «Делай».
Началось с бразильской эпиляции — эвфемизма для «удалить всё», от подмышек до лодыжек. Она приветствовала боль, это был знак её преданности Биллу. Ей нравилось ощущение её новой, безволосой, набухшей и пульсирующей вагины.
Самым долгим процессом было наращивание волос. Анджела, мастер по плетению, была очень искусной, но добавление прядей, чтобы превратить волосы Кэндис с длины до плеч в густые локоны до середины спины, заняло три часа.
Когда Анджела закончила, Памела взялась за окрашивание. Кэндис решила выбрать
Гипноз. Глава 1