Мягкие, но уверенные пальцы коснулись его ладоней.
– Веди, – прошептала она.
Игорь попытался сделать шаг и тут же неуклюже наступил ей на ногу.
– Ой, блин…
– Плохо, – она не отстранилась, а наоборот, подалась ближе, так что он почувствовал тепло её живота сквозь тонкую ткань рубашки. – Ты меня не чувствуешь. Попробуй снова.
Её дыхание опалило шею.
Лёха, все еще просто стоявший с повязкой на глазах, услышал легкий шорох шагов прямо перед собой.
– Алексей… – его имя, сорвавшееся с её губ, звучало как вызов - Теперь ты...
Она взяла его руки, уложила одну на талию, другую – на плечо.
– Слушай музыку. И меня.
Он попытался повторить её движение, но запнулся, и его ладонь неловко скользнула вниз, едва не коснувшись упругих ягодиц.
– Не туда, – не рассердилась она, лишь слегка сжала его пальцы, возвращая на место. – Но близко…снова перешла к Игорю.
Игорь, по-прежнему вслепую, двигался все увереннее, его руки, казалось, запомнили каждый изгиб её талии. Во время поворота её грудь нечаянно скользнула по его руке – случайно? Или нарочно?
– Уже лучше, – дышала она чуть чаще. – Но ты все еще думаешь, а не чувствуешь.
Она провела кончиком пальца по его запястью, вызвав табун мурашек по спине.
— Игорь, дай мне свою повязку и смотри -забрала она ткань, быстро прикрыла свои глаза и вернулась к его другу.
Лёха, наконец, поймал ритм. Их тела двигались почти синхронно, её бедра едва касались его, отступали, снова приближались – игра в кошки-мышки.
– Хорошо, – прошептала она, и её губы были так близко к его уху, что он ощутил влажность её дыхания.
Внезапно – резкий аккорд, и музыка оборвалась.
Ирина отстранилась, оставив Алексея стоять с закрытыми глазами, кожей все еще помнившими обжигающее прикосновение её тела.
– Снимай.
Он повиновался. Она стояла перед ним, слегка запыхавшаяся, грудь вздымалась еще больше, губы влажные и манящие.
– Неплохо, – улыбнулась она, и в этой улыбке было что-то хищное. – Но вам нужно еще больше практики.
– Когда? – выдохнул Игорь.
– Не знаю... Давайте попробуем завтра, только недолго... – она медленно поправила волосы, словно дразня. - Вы еще деревянные, но определенные успехи есть!
Выйдя на улицу, они ослепли от яркого солнца после полумрака студии.
– Ну что, чувствовал партнершу? – усмехаясь спросил Лёха.
– Еще как, чувствовал... Стояк я свой чувствовал – Лишь проворчал Игорь в ответ.
Глава 3.
Танцевальный зал утопал в мягком свете, просочившемся сквозь высокие окна, словно в старинной картине. Воздух звенел приглушенным эхом музыки, смешков и шороха паркета. Игорь и Леха, словно серые мыши, примостились на деревянной лавке у стены, вжавшись в угол. Их взгляды не отрываясь, следили за Ириной: её фигура, словно выточенная из ночи в облегающих черных лосинах, плавно скользила между ученицами.
Каждое её движение – будь то взмах руки или поворот бедра – было воплощением грации, отточенным до совершенства. Тонкий топ предательски потемнел от пота, липнул к спине, дразня взгляды тонким ремешком лифчика. Когда она наклонялась, поправляя ногу одной из девушек, казалось, грудь вот-вот вырвется из глубокого выреза, и Леха почувствовал, как в висках запульсировала кровь.
– Вау… – выдохнул он, скорее стон, чем шепот.
Игорь лишь промычал что-то в ответ.
И тут, как гром среди ясного неба, раздался звонок телефона.
Леха вздрогнул, будто его хлестнули плеткой, шаря в кармане. На экране высветилось: "Женя". Голос парня был сдавленным, почти сорвавшимся в истерику:
– Пацаны! Помните, я про другана своего рассказывал, с Севера?! Я хрен знает, как, но я его сейчас у нашего подъезда встретил! Здоровается, как ни в чем не бывало, спрашивает: "Где мне маму твою найти?"
Лето