и на ней были те же шорты для бега и футболка, что и на Дженни. Но рядом со мной лежала Джейн, а не Дженни.
Джейн заснула, как женщина, которая наконец-то достигла безопасной гавани. У меня было такое же чувство, но оно произвело противоположный эффект. Сон ускользал от меня. Наверное, все дело было в новизне происходящего. Но было что-то еще - я не мог понять, что именно. Но это грызло мой мозг, как хомячок лист салата-латука.
Я не какой-то там хиппи, который ходит с кристаллами в кармане, пытаясь выровнять свою чакру. Но я верю, что в каждом человеке есть что-то подсознательное, что делает его уникальным. Это различные микро-выражения лица, движения языка тела и даже их бессознательные привычки. Итак, если два человека буквально одинаковы на уровне ДНК, их повседневный эффект все равно будет разным в том смысле, кто они такие... достаточно разным, чтобы вы могли отличить их друг от друга... в конце концов.
И какое-то время мои чувства подсказывали мне, что женщина, с которой я спал, была Дженни, а не Джейн. Да... возможно, я выдавал желаемое за действительное, и у меня не было веских доказательств. Но эта мысль не дает парню уснуть по ночам. Итак, я тихонько выскользнул из постели и надел тренировочный костюм, чтобы подняться на кормовую палубу и подумать об этом.
Это не было похоже на погружение в морскую тишину. В 1:30 ночи Байи покачивался на волнах. В паре сотен метров справа от меня был освещен "Пунта Кастелло"... и звуки вакханалии разносились по спокойной черной воде пристани. Я налил себе джина с тоником и сел на скамейку рядом с трапом капитана по левому борту.
Я пытался распутать запутанный клубок ниток, которым была моя жизнь. Напрашивался очевидный вопрос: если Дженни была выжившей близняшкой, то почему моя жена, которая, предположительно, любила меня, позволила мне страдать из-за ее потери? Чем это можно оправдать?
Ответ поразил меня, как гигантский снаряд, выпущенный из тяжелых орудий линкора "Миссури". Одна из близняшек трахалась с моим партнером-придурком, когда я ворвался к ним! Если выжившей действительно была Дженни... потом она оказалась между молотом и наковальней.
Логика напрашивалась сама собой. Дженни знала, что предвзятое отношение к подтверждению заставит меня предположить, что она и есть Джейн. Конечно, в то время Дженни вообще ни о чем не думала. Я имею в виду... если я был в смятении, то не могу представить, какой шок испытала моя супруга. Я не понимал, почему Джейн занималась делами Дженни, в то время как Дженни занималась Стивом. Но от одного-двух ударов утраты и чувства вины, вероятно, в черепной коробке моей жены сломалось несколько цепей.
Я говорю серьезно... когда я расстался с ней, эта женщина была настоящим зомби, и я не видел ее больше, пока не вернулся с ее похорон в Калифорнии, которые, должен добавить, открыли еще одну банку с червями. У меня упало сердце.
Я также понял, почему Стив сбежал, как трусливый кобель. Он знал, что я без колебаний сбросил бы его за борт с якорем на шее, если бы застукал его трахающимся с Дженни. Должно быть, это и был тот самый секрет, о котором говорила Джейн, или, может быть, Дженни. Это определенно заставило крысу насторожиться.
Конечно, Дженни тоже нужно было сделать жизненный выбор. Она могла бы просто сказать: - Та-да! Я вернулась! - что принесло бы ей заслуженный развод и, возможно, еще и путешествие за борт. Или она могла бы продолжать играть роль Джейн, надеясь вернуться к тем же отношениям, которые были у нас с Дженни до
Двойное дно