дней мы не раз обсуждали разные аспекты этого, и, судя по ее поведению, мимике, взглядам и молчании, было похоже, что мы собираемся сделать это еще раз.
— Тебя это не беспокоит? — спросила она.
Ее вопрос был абстрактным, возможно, намеренно, но я понял, к чему она клонит.
— Нет, это другое. В некотором смысле это было поразительно, но я не думаю, что на этом стоит останавливаться, — ответил я.
— Удивлен, что твоя жена стала горячей штучкой? — спросила она, теперь уже явно провоцируя меня.
— Дорогая, мы это обсуждали. Да, это меня ошеломило. Черт возьми, я был потрясён, что вообще существует такая техника. Но давай закончим с этими рефлексами. И в некотором смысле это было даже забавно. Ты должна примириться с этим. Давай двигаться дальше, — умолял я ее.
— Ты уверен? Я, на самом деле, чувствую себя так, будто разрушаю наш брак, — ответила она со слезами на глазах.
Теперь стало ясно, что ее беспокоило.
— О, милая. Не сходи с ума. Не думай так. Мы сделали это вместе. Я был рядом с тобой на каждом шагу, так что вообще не думай так, — ответил я, подходя к ней и заключая ее в свои объятия.
— Ты уверен? — тихо всхлипнула она.
— Да, я уверен, — тут же ответил я, нежно поглаживая ее красивое личико.
— Я так переживала. Будто подвела тебя, — сказала она, уткнувшись головой мне в грудь.
— Ты меня не подвела. Ты никогда меня не подводила. К тому же, мне даже нравилось наблюдать, как ты приходишь в экстаз, — искренне ответил я.
— Почему? — спросила она, слегка отстраняясь и заглядывая мне в глаза.
— Я не знаю. Все было по-другому. Немного дико. Человеку иногда нужно расслабиться и сойти с ума. Это то, что остается с тобой навсегда, — объяснил я.
— Поцелуй меня, — потребовала она, и я сделал то, что мне было сказано, крепко обняв ее и лаская губы друг другу. Когда мы, наконец, оторвались друг от друга, она бросила на меня озорной взгляд и сказала: — А теперь вернись и разберись с этой чертовщиной с ногами.
В конце концов, наш разговор, казалось, разрядил обстановку, хотя в течение следующей недели мне несколько раз приходилось подбадривать ее. По мере приближения выходных мы все чаще обговаривали приглашение профессора к нам и пришли к выводу, что по прошествии значительного времени мы чувствуем себя уверенней и произошедшее нас не тяготит. К тому же, обязанности опекуна светилы науки с меня никто не снимал, о чем я и напомнил Стеф, которая с этим задумчиво согласилась. На следующий день на работе я поговорил с ним, и мы договорились на следующую пятницу. Он тоже, казалось, преодолел неловкость и с радостью принял приглашение.
В пятницу утром я сидел за своим рабочим столом, когда ко мне подошел директор по персоналу и попросил зайти к нему. Встречи с сотрудниками отдела кадров ни к чему хорошему не приводит, поэтому я, гадая зачем меня пригласили, последовал за ним в его кабинет, где он закрыл за нами дверь.
— Э-э-э... Джим. У нас возникла некоторая неловкая ситуация, которую мне нужно обсудить с тобой, и я бы попросил тебя сохранить это в тайне, — начал он.
— Конечно, хорошо, — волнуясь ответил я, ерзая на стуле.
— Несомненно, ты больше всех остальных находишься в тесном контакте с профессором Локом, и... возникла ситуация... на самом деле, обвинение, которое мне нужно, — начал объяснять он, затем остановился и несколько секунд смотрел в пол, а потом продолжил. — Похоже,
Необычные похождения моей киски и её друзей. Часть 22