замечал. С воем и криками, режущими уши, тело Ники выгнулось и забилось в конвульсиях. Это не было виброяйцом… Ни малейшего удовольствия жена явно не получала. Но, она знала, что так будет. Сама взяла и вставила в себя эту штуку. Поэтому я по-прежнему стоял на коленях, наблюдая, как извивающееся, орущее тело продвигается к ногам женщины. Улыбка её с презрительной сменилась на заинтересованную. В какой-то момент Ника изогнулась и сумела коснуться губами чёрной туфли… И моментально всё закончилось. Жена продолжала лежать на полу, захлёбываясь рыданиями.
— В этот момент, муж любил пустить ещё пару импульсов, - благодушно пояснила женщина. – Рабыня думает, что всё закончилось… Ноющая боль ещё разливается по телу, но блаженное ощущение катарсиса понемногу заменяет её, и в этот момент… Вжик!
Ника дрогнула, но тут же расслабилась.
— Аха-ха! Он хорошо тебя выдрессировал, - женщина расхохоталась. – У меня другие приёмы, к которым тебе придётся привыкать. Ни одна из его сучек так и не проговорилась о его экспериментах с евгеникой. Думала, он просто подгоняет мне надоевших рабынь. Об этом мы с тобой поговорим подробней.
— Как вам будет угодно, Госпожа, - Ника пытались вновь встать на колени, но мышцы её почти не слушались.
— Не суетись дорогуша, так тоже хорошо, - она поставила туфли на голову моей жены, и та замерла. – Теперь с вами…
В её пристальный взгляд снова вернулось холодное презрение.
— Ангел… Дурацкое имя. Прежних щенков он оставлял рабами, потому что они не знали о своём происхождении. Но тебя он точно убьёт, - сын испуганно покосился на меня, словно я мог чем-то помочь. – Именно поэтому я присвою себе твой контракт. Украду тебя…
Она снова расхохоталась.
— Мне плевать на твои клятвы и твою верность. Твоё тело и ДНК гораздо ценнее, если мой муженёк начнёт слишком… упираться. Будешь работать здесь в техперсонале. Что же делать с тобой… - женщина перевела взгляд на меня.
Признаваться ей в верности и называть госпожой ничуть не хотелось, поэтому я молча продолжал разглядывать ковёр. Сердце бешено колотилось, руки дрожали. Даже в клетке с шипами, было можно как-то влиять на ситуацию… Сжиматься, уворачиваться, избегая болезненного укола. Сейчас же…
— Как ты отнёсся к тому, что твоя жена… твоя любимая… просто подарила тебя?
— Она моя Госпожа… - я кашлянул и поправился. – Была моей Госпожой.
— Умный мальчик. Всё правильно понимаешь, - женщина благосклонно кивнула. – Вот только… Никому не нужный. Игрушка и тренажёр для любимой сучки Господина. Мы с мужем вместе выбрали тебя для юной, перспективной девочки. Как давно это было! Поработаешь пока с клиентами… С требовательными клиентами. Ты уже знаешь, что это означает?
— Да, моя Госпожа, - теперь я склонился, уткнувшись лбом в пол.
— Поставлю им условие, чтобы они записывали эти развлечения. Потом буду показывать твоей жене. Ты же догадываешься, что она влюблена в тебя? – женщина пренебрежительно хмыкнула. – Она будет страдать, просматривая эти записи. О-о-о! Душевные терзания гораздо слаще физических издевательств. Не все это понимают. Ты будешь страдать сильнее, зная, что именно твоя любимая, спасая свою нежную шкурку…
— Нет, моя Госпожа, - пробормотал я, едва выталкивая слова из горла.
— Что? Нет? Ха-ха! Не вспомню, когда слышала такие слова от раба! Вставь в него свою игрушку! – последние слова были обращены к жене. Она извлекла из себя миниатюрное яйцо и затолкала его в мой анус.
Я только что видел, что происходит и замер в ужасе, ожидая мучительную боль.
— Ты готов повторить свои слова?
— М-м-м… Госпожа… - моё тело парализовало, мышцы свело судорогой, но просто
История разврата в одной отдельно взятой семье