вслед Георгий и продолжил что-то тихо говорить маме.
В очереди пришлось постоять прилично, но зато мороженное «Каштан» и правда оказалось очень вкусным. Точно не хуже эскимо. Я принёс его взрослым и тут же раздал каждому по одному. Хотел высыпать и сдачу в ладонь Георгия, но тот отмахнулся:
— Себе оставь! Купишь чего-нибудь, а если не хватит, ко мне подходи, не стесняйся, я добавлю. Хороший ты пацан!
Взрослые съели свое мороженое быстро. Сейчас они уже сидели рядом, плечом к плечу, и мама сменила маску «не подходи» на «добрая и милая». Кусочек шоколада упал на её высокую грудь, растёкся и в виде капли пополз вниз, в ложбинку между её холмов. Мама даже не увидела, зато за моим взглядом проследил Георгий. Он тут же провёл пальцем по капле и показал опешившей маме:
— Испачкалась! – отправил палец в рот, облизав его, - Вкусная такая!
Мама покраснела, но ничего не сказала.
— Ну, что, пошли? – сказал Георгий, когда они закончили.
Мама посмотрела на меня:
— Владик, ты тут поиграешь? Мы пойдём искупаемся по-быстрому? Ладно? – тон её был каким-то извиняющимся. Мне кажется она пыталась извиниться перед самой собой, что куда-то собралась с грузином.
— Конечно поиграет! Взрослый пацан! Присмотри тут, чтобы всё в порядке было. Хорошо? – сказал Георгий и поднялся с покрывала.
Они направились к воде, а я понял, что нужно ускоряться. Мороженое быстро таяло и начинало капать из трещины в шоколаде. Я присосался к сладкому молоку, провожая взглядом взрослых. Какое-то время они стояли, зайдя чуть выше колена в воду и о чем-то переговариваясь, а потом разом нырнули и поплыли.
Эх, Ленка!!!