набора, который мы храним в кухонном ящике. У меня было несколько порезов на запястьях и руках, но они удерживали мою руку с ножом подальше от моего горла...
Я смотрю на неё, и она протягивает ко мне руки и запястья. На них повязки, которых я раньше не замечал, потому что они телесного цвета и маленькие. Я не могу поверить в то, что вижу.
— Они отобрали у меня нож, и Джен, по сути, села на меня, в то время как её дочь Джиллиан узнала от Кэмерона реальную историю. Они придумали для него какую-то историю и повесили трубку, а потом Джен беспрерывно говорила мне, что ты жив и тебя привезли в больницу в Джексонвилле, пока я не перестала кричать и плакать... Джен и Джиллиан провели со мной всю ночь, не сомкнув глаз. Джен не хотела звонить в полицию или больницу, потому что боялась, что если это выйдет наружу, я попытаюсь покончить с собой и это убьёт мою карьеру. Так что всю ночь меня кормили валиумом. Джен сказала мне, что я продолжала разговаривать с тобой всю ту ночь, и единственное, что я повторяла снова и снова, было: «Прости. Прости».
Я смотрю на неё, и для парня, который в основном зарабатывает на жизнь разговорами, я не могу придумать, что сказать.
— Давай, Лью, — наконец говорит она. — Это должно быть похоже на стрельбу по рыбе в бочке. Как ты и сказал, попади в меня своим лучшим выстрелом.
— Я... Я..
— Ты хочешь знать, почему я пыталась перерезать себе горло? Потому что в тот момент я думала, что ты умер, и у меня никогда не будет шанса сказать тебе, что ты не заслуживаешь того, что я с тобой сделала. Я вспомнила мужчину, за которого вышла замуж. Мужчину, которого любила. И я знала, что мне придется прожить остаток своей жизни, слыша твоё прощание в своей голове и вспоминая выражение твоего лица в ту ночь. У меня была истерика, потому что у меня никогда не было возможности сказать тебе, что, хотя я на время забыла, что люблю тебя, я никогда не переставала испытывать к тебе это чувство. Как бы это ни выглядело, я никогда не переставала тебя любить. Я знаю, что не заслуживаю тебя. И я не заслуживаю того, чтобы меня любили так, как ты любишь меня. Если бы я могла... Поверь мне, Лью, если бы я могла найти нужные слова или использовать магию, я бы освободила тебя.
Я протягиваю к ней здоровую руку, и впервые за два года она оказывается со мной в одной постели. Я обнимаю её, и она смачивает мою больничную рубашку своими горячими слезами...
***
— Ты что-нибудь слышал, что случилось с Нормом?
— Нет. В последнее время я мало что слышал о нём. А что?
Она лежит рядом. Одета, но всё равно приятно. Время от времени со стороны дверного проема вспыхивает вспышка, и я знаю, что какая-нибудь медсестра решается сделать снимок, который, вероятно, увидят во всём мире.
— Я не знаю точно, но ходят слухи о том, что кто-то, не знаю каким образом, смог получить фотографии, на которых Норман трахает молодую помощницу государственного защитника. Около шести месяцев назад. Ей было всего 23 года, и она только что окончила юридический факультет. Как обычно, Норм трахнул её и забыл. Но, на его беду, эту девушку звали Гвен Кейс. Она оказалась младшей сестрой Чарли Кейса. Ты знаешь, судебный пристав судьи Херринга.
— Чарли Кейс? Мне кажется, что это не очень умный поступок.
Девушка-эксгиби Света. 1-й рассказ. Начало формирования стиля.