И так: сейчас 9ч.55мин. Последняя пятница марта 2020г. Всех сотрудников нашей фирмы предупреждали, что надо быть в актовом зале до 9ч.55мин. Потому как: ровно в 10 часов двери актового зала закроются. Ну и любому опоздавшему придётся писать заявление на увольнение.
В актовом зале стояло волнение. И было от чего... На сцене, перед столом нашего босса стояли пустые коробки с огромными надписями: «Личные вещи уволенного(ой) ______________». Оставалось только вписать маркёром Ф.И.О.
А у мужчин было и ещё одно волнение: сексуальное. Дело в том, что совершенно открытом текстом от руководства нашей фирмы (и начальников средней руки) муссировалась требование: «Мол, приветствуется как можно более откровенный сексуальный дресс-код для каждой из сотрудницы нашей фирмы. И, что по результатам этого «негласного соревнования» именно в последнюю пятницу марта-2020г.: парочка-тройка наиболее консервативно одетых сотрудниц будут уволены. Мол, и так и так фирма приступает к сокращению сотрудников. Коронавирус, пандемия, карантин диктует экономике свои правила...».
Пятница-пятница... А это именно сегодня.
Это требование к более откровенному дресс-коду для сотрудниц нашей фирмы появилось сразу, как стало муссироваться заявления правительства, что, мол, «мы все умрём – нас накрывает пандемия». Ну, т.е. сразу после 8-ми Мартовского корпоратива. Но, на тот момент это было на уровне слухов-домыслов. Ну, типа такой ПРИЗЫВ: одевайтесь в мини и в просвечивающую одежду и увольнения тебя не коснутся.
«Ну, ТО, мол, и не точно...» - с сарказмом и возбуждением далее в курилках обсуждали мужчины нашей фирмы всё более откровенные наряды на сотрудницах фирмы... Цинизм высказывания мужчин в курилках с каждым днём - зашкаливал.
Но вот в последнюю неделю марта-2020 женская часть сообщества нашей фирмы — это требование ощутило воочию. Требование со стороны руководства стала теперь и не скрываемым, и совершенно откровенным. Это требование почти открытом текстом гласило: одетые откровенно – в почёте...
По мимо требования к женщинам – развращённей одеваться было выставлено и ещё и одним заявлением. Это заявление уже для мужчин: раз уж грядут массовые сокращения, то любой из сотрудников, кто посягнёт прикасаться к нашим женщинам хотя-бы мизинцем, то тут же будет уволен. Сокращать, так сокращать. И для мужчин, получалось, что так же решили проводить сокращения. И сокращения по всё по тому же сексуальному принципу. Не выдержал-притронулся к откровенно одетой сотруднице - уволен.
Это негласное соревнование (не оказаться «серенькой мышкой») нагнеталось день ото дня. И вот в последнюю неделю марта - усилилось. Да-и коснулась и даже самой велико-возрастной сотрудницы нашей фирмы: секретарши единственного зама генерального (он же и двоюродный брат генерального). Она, пусть и не молодая женщина; но она всегда – цветущая; да-и раньше она так же была в замечательной форме. Ну-и даже и она ушла также в стиль «деловой проститутки». И теперь уже никто и не мог бы дать, что ей исполнилось 52 года и что она многократная бабушка. И, конечно, из-за своей природной женственности она всё же так и оставалась всё ещё в несменных секретаршах.
Да и многие сотрудницы выглядели куда более не женственные, чем она, будучи самой высоко-возрастной на фирме... Но именно эти сотрудницы (столь не привлекательные) теперь ушли на удалёнку. И появилась угроза для неё, что её по возрасту всё же и отчислят; ну просто - по возрасту. Ведь коллектив, который оставался теперь в офисе, сильно помолодел так же и за счёт того, что «не-сексуальные» ушли на удалёнку.
Но нет, выкуси. И даже она с каким-то азартом вступила в конкуренцию со всеми дамами. И даже она! И это преображало мужчин. Мужчины, не смея ни к кому прикасаться, теряли голову от пе-пер-пере-возбуждения...
Примирение